– Мы вас достаточно изучили, вы не боевик. Ну а если бы рискнули, значит, мы в вас ошиблись.

– Вот так просто? – возмутился Усов.

– Только без мелодрам и дешевой фальши! – Голос майора стал жестким, потерял доверительные нотки. – Вы послали Артема Дурова, не особенно заботясь о его здоровье.

– Значит, это вы помогли Артему бежать?

– А ему помогли, он работал без прикрытия? Усов не поверил в искренность майора, решил сменить тему:

– Хорошо, произошло то, что произошло. Объясните цель вашего визита. Каковы ваши предложения?

– Требования, – бесцеремонно поправил майор. – Вы изобрели велосипед, известно, что несколько опоздали. Неужели вы думали, что в наше время, когда неплатежи распространены более, чем насморк, никто не занимается данной проблемой? Но изобретатель, даже если он опоздал на столетие, остается человеком талантливым. Наше руководство решило, что вы нам подходите. У нас имеются отличные исполнители, снайперы, мастера рукопашного боя, иные профессионалы данного профиля, у нас сильный мозговой центр, стратеги высшего уровня, нам не хватает людей среднего звена. Вы человек, знающий оперативную и агентурную работу, то, что нам нужно.

“Опять начальники, опять зависимость от великих стратегов, в сущности, людей бездарных, страдающих манией величия”, – думал Усов. Он чуть было не отказался, но вовремя сообразил, что его немедля уберут из данного гнездышка, получить деньги с меховщика не дадут, оставят с голой жопой на пенсии. Если он начнет дергаться, попросту ликвидируют.

– Как с долгом Сабирина?

– Это ваши проблемы, решайте вопрос собственными силами. В дальнейшем ваше место в организации определят четко.

Усов решил показать зубы, знал: в политике, в любом человеческом сообществе, как на рынке, хочешь получить свою цену, запрашивай больше. Иначе купят за копейки, еще и дураком обзовут.

– Разговор вы провели интересный, я его выслушал. Теперь я хотел бы встретиться не с распространителем рекламных проспектов, а с кем-то из директоров.

– Я имею полномочия...

– Это знаете вы, – перебил Усов. – Я знаю лишь то, что разговариваю с достаточно осведомленным майором службы безопасности.

– Управления охраны...

– В тонкостях не разбираюсь. Мне необходимы конкретные предложения и серьезные гарантии.

– Выдвижение кандидатом в депутаты Думы?

– Шутите? Я же находился под следствием, сидел в камере...

– А кто не сидел? – Майор рассмеялся. – Мы включим вас в список кандидатов от нашей партии. Юрист, профессионал, пострадал от нынешней власти, значит, человек принципиальный. Депутат – человек неприкосновенный, никакой Гуров вам будет не страшен, даже смешон.

Майор знал, куда ударить, но Усов, хотя и почувствовал, что удар достиг цели, покачнулся, но на ногах устоял, ответил твердо:

– Я человек служивый, хочу разговаривать с хозяином. Вы говорите – партия, я даже не знаю, какая партия.

– Как выражаются политики, переговоры прошли конструктивно. Решайте ваши насущные проблемы. Если вас включат в список кандидатов, вам придется отсюда уехать, ваше место займет Артем Дуров. И последнее, необходимо решить вопрос с семьей.

– Это невозможно!

– Нет ничего невозможного. С вашей женой и сыном поговорят на должном уровне, объяснят, что вы были оклеветаны, материалы против вас сфальсифицированы. Решайте свои вопросы, в дальнейшем вам помогут.

Итак, Усов сидел в кресле, смотрел на осеннюю листву деревьев, не умея определить, какого цвета листва, и поглядывал на лежавшего на кровати напарника, гадая, спит он или прикидывается. После разговора с майором, когда выяснилось, кто помог парню во время побега, Павел Петрович на Артема не сердился, понимая, что парень говорит правду, а объяснить толком не может, сам не знает, что же произошло. Я бы тоже помалкивал, признался себе Усов, ведь все непонятное подозрительно. Могут подумать, продался меховщику либо сговорился с ментами. Хотя последние так не работают. Если только Гуров, так он хотя и авантюрист, но не мальчик, не полез бы прикрывать неизвестно кого от неведомо кого. А разобраться у Гурова времени не было. Зациклился я на этом человеке. Кто он, собственно, такой? Упертый, хоть и талантливый, а мудак, пытается гору в одиночку свернуть. Вот коли стану депутатом...

Его рассуждения прервал Дуров, который резко поднялся, сел, не глядя подхватил бутылку, стоявшую на полу у изголовья:

– Приветствую, командир. – Он приложил горлышко к губам, передумал, подошел к столу, налил в стакан. – Осуждаешь?

– К чему? Ты мужик умный, край знаешь.

Артем налил в стакан, выпил, зажевал куском осклизлой ветчины.

– Что нового придумал? – спросил он вызывающе.

– Думать будем вместе, – спокойно ответил Усов, глядя на полуголого, в кровяных бинтах Дурова. – Ты мне скажи, человек, который тебя прикрывал со двора, стрелял здорово?