– Ну как? Обошлось?

– Бог миловал, Павел Петрович. – Виктор, интеллигентный, умный юноша, старался не смотреть на опохмеляющегося охранника, взял Усова под руку, вывел на закрытую веранду. – Около одиннадцати приехали трое из Управления охраны, держались вежливо, но жестко, молодняк разогнали, спрашивали вас. Один остался в вашем доме и ждет.

– Ты документы проверил? – спросил Усов.

– Проверил, хотя у них все написано на лицах. – Виктор брезгливо поморщился, кивнул в сторону кухни: – И этот приехавших знает.

– Кто сейчас в доме?

– Колюшка уже позавтракал, в своей комнате, наверняка занимается. Юлия еще не появлялась. Не скажу точно, не мое дело, но, по-моему, у нее кто-то ночевал и еще не уехал.

У министра было двое детей, отличный скромный сын-подросток и распутная дочь.

– Ладно, я пошел к себе, узнаю, кто там прибыл по мою душу. Ты меня обожди.

Усов не курил, потому, войдя в свой домик, почувствовал запах табака. В кресле у окна сидел мужчина, курил и читал газету. Он, безусловно, слышал, как хлопнула входная дверь, но отложил газету и поднялся, лишь когда Усов вошел в комнату. Он был чуть выше и моложе хозяина, держался уверенно, но почтительно.

– Здравствуйте, Павел Петрович. Извините, переночевал без разрешения. – Он пожал Усову руку, протянул удостоверение.

– Здравствуйте, – Усов посмотрел документ внимательно, – Олег Артемьевич. Слушаю вас, чему обязан?

– Как здоровье Дурова?

– Спасибо, удовлетворительно, – ответил Усов, пытаясь не показать, насколько удивлен столь неожиданным вопросом.

– Он в больнице?

– Нет, отдыхает за городом, господин майор.

– Значит, не ранен, только порезался. Давайте присядем, надо поговорить. – Майор сел за стол, подождал, пока сядет хозяин, и продолжал: – Я с крайне деликатной миссией, господин полковник. Нам известно о вас многое, практически все. Вас не раздражает, если я буду к вам обращаться по званию?

– Отнюдь, господин майор.

“Неужели Управление охраны Президента связано с меховщиком?” – подумал Усов и тут же получил ответ:

– Нет, господин полковник, мы не поддерживаем контактов с криминальным миром, но порой вмешиваемся в его жизнь. Я постараюсь быть краток. Учитывая ваше прошлое и настоящее, не сомневаюсь в вашей скромности. Исключения не составляют ни Артем Дуров, ни Лев Иванович Гуров, если вы с ним встретитесь.

Усов побледнел, напрягся, заставил себя промолчать.

– Мы могущественная организация, в которой я занимаю скромное положение. Однако мне доверили провести с вами переговоры, и вы, убежден, сделаете правильные выводы. – Майор смотрел многозначительно.

Усов молчал. При выяснении отношений человек, который вынужден говорить, всегда находится в худшей позиции, чем слушающий.

– Мы обратили на вас внимание с того момента, как вы уволились и поступили сюда на службу. Полковник-розыскник, бывший начальник отдела главка, мог рассчитывать на место получше, ваш выбор настораживал. Согласны?

– Ничуть. – Усов пожал плечами. Его раздражал молодой майор, который хотя и говорил уважительно, но с некоторой ноткой снисходительности. – Я устал, тысяча долларов и жизнь на природе меня устраивают.

– Зачем же тогда вы распорядились ликвидировать Знаменского, который мирно закончил переговоры с Борисом Петровичем Гаем? К чему начали восстанавливать свои связи среди сотрудников милиции, причем людей далеко не лучших, а либо уволенных, либо изрядно скомпрометированных? Зачем, в конце концов, вам понадобился выброшенный за борт Артем Дуров? И последнее, почему вы взялись получить деньги с Сабирина? Последнее было совсем неразумно.

Усов большим умом не отличался, но оперативник был опытный, обладал прекрасной памятью. “Инженер” Самойлов именно в этом доме обратился к бывшему полковнику с необычной просьбой получить долг. Тогда объяснения заикающегося дельца, мол, он не имеет среди сильных мира сего приятелей, а Павел Петрович Усов в недавнем прошлом полковник, возможно, у него остались связи... Конечно, было в этом обращении нечто настораживающее, но Усову так был нужен подобный заказ, что он не стал вникать в тонкости и направил просителя к Гаю, который выполнить подобный заказ не мог, но являлся отличной “крышей” для людей способных.

Полковник просчитал ситуацию достаточно быстро: заикающийся картавый заказчик являлся обыкновенной подставой. Люди, интересующиеся Усовым, хотели взглянуть, клюнет он на такую приманку или пройдет стороной.

– Вы знали, что представляет собой Сабирин? – спросил Усов, еще больше раздражаясь на самоуверенного майора. – Конечно, знали, решили, так сказать, попробовать меня на Тартаковского.

– Чего? – не понял майор. – Какую фамилию вы назвали?

– Вы Бабеля, видно, не читали, вам не понять. А если бы я пошел сам и меня убили?