— Вроде связи со стихиями?

— Угадал! — Я крепко прижалась к Старку и прошептала ему в грудь: — Я хочу остаться здесь. Очень хочу.

Старк погладил меня по волосами и поцеловал в макушку.

— Я знаю, Зет. И я с тобой. Я всегда буду с тобой.

— Может, здесь мы сможем избавиться от Тьмы, которую пытались напустить на нас Неферет и Калона, — пробормотала я.

Старк крепче прижал меня к себе.

— Надеюсь, ты права, Зет. Очень надеюсь.

— Может быть, хватит с нас хотя бы одного кусочка мира, свободного от зла и Тьмы? Я ведь не собираюсь сворачивать с пути Богини, просто буду идти по нему здесь… Это же тоже считается?

— Честно говоря, я не большой специалист и этом деле, но мне кажется, самое главное — это стараться сохранить верность Никс. А уж где ты это делаешь, дело десятое!

— Я понимаю, почему Ских не покидает этот остров, — прошептала я.

— Я тоже.

Старк

Обнимать Зои было чертовски приятно. При одной мысли о том, как близок он был к тому, чтобы потерять ее навсегда, его охватывал такой страх, что тошнота накатывала.

«Я победил. Я нашел ее в Потустороннем мире и вернул обратно. Теперь она в безопасности, и я сделаю все, чтобы так было всегда».

— Ты очень громко думаешь, — сказала Зои. Свернувшись калачиком рядом с ним на большой кровати, она потерлась носом о его шею и поцеловала в щеку. — Я прямо слышу, как у тебя извилины скрипят.

— Кажется, это я экстрасенс, а не ты, — поддразнил ее Старк, а сам мысленно собрался и скользнул в уголок ее сознания, стараясь не подбираться слишком близко к осознанным мыслям Зои, чтобы она не разозлилась на него за подслушивание. Он не хотел лезть в ее душу, ему достаточно было знать, что она спокойна, счастлива и безмятежна.

— Хочешь кое-что знать? — спросила Зои с оттенком нерешительности в голосе.

Старк приподнялся на локте и с улыбкой посмотрел на нее.

— Смеешься? Я хочу знать все.

— Прекрати, я серьезно.

— Я тоже! — Зои сердито посмотрела на него, а он поцеловал ее в лоб. — Ладно, как скажешь. Я серьезен, как камень. Что такое?

— Я… то есть, мне… короче, мне очень нравится, когда мы… когда ты со мной… в общем, меня любишь.

Брови Старка взлетели вверх, и он с трудом смог спрятать счастливую улыбку.

— Да, я тоже думаю, это неплохо. — Он посмотрел на ее рдеющие щеки и все-таки улыбнулся. — Даже нет, я подозреваю, что это очень хорошо!

Зои пожевала губу.

— А тебе нравится?

Старк из последних сил сдержался, чтобы не расхохотаться.

— Ты смеешься, да?

— Нет. Я серьезно! Просто… Откуда мне знать? У меня ведь нет опыта в таких делах, в отличие от тебя.

Теперь ее щеки пылали, и Старк понял, что она страшно смущена, отчего смех замер у него в горле. Он ни за что на свете не хотел, чтобы Зои стыдилась или чувствовала неловкость из-за всего, что происходило между ними.

— Эй! — Старк взял в ладони ее покрасневшее лицо. — Любить тебя — это счастье. И потом, ты не права. В любви ты намного опытнее меня. — Зои хотела что-то сказать, но он прижал палец к ее губам. — Нет, позволь мне сказать. Да, раньше я занимался сексом. Но никогда не любил. Ни разу, пока не встретил тебя. Ты моя первая и последняя любовь.

Она улыбнулась ему с такой любовью и доверием, что сердце Старка едва не выпорхнуло из груди. Во всем мире для него существовала только Зои — и она всегда будет для него единственной.

— Ты не хочешь заняться со мной любовью еще раз? — прошептала Зои.

Вместо ответа Старк привлек ее к себе и начал медленно и нежно целовать. Последнее, о чем он успел подумать перед тем, как все пошло прахом, было краткое: «никогда в жизни я не был так счастлив».

Калона

Он почувствовал приближение Неферет и внутренне собрался, приняв заранее заготовленное выражение лица и скрыв закипающую ненависть под маской ожидания и покорности.

Ничего страшного, он умел ждать. Если Калона чему-то и научился за бесконечность своего бессмертия, так это великой силе терпения.

— Неферет приближается, — сказал он Рефаиму.

Его сын молча стоял перед одной из нескольких высоких стеклянных дверей, ведущих на огромный балкон — главную достопримечательность роскошного пентхауса, недавно купленного Тси-Сги-ли. Пентхаус был идеальным гнездышком для царицы и ее супруга — полностью отвечая потребностям Неферет в роскоши, он был достаточно изолирован и обладал выходом на крышу, которые требовались Калоне.