«Ну вот, теперь у нас тут полный букет, – размышлял Гуров, доставая из карманов Коркия пистолет и документы. – Нападение на работника правоохранительных органов с нанесением увечий средней тяжести плюс похищение табельного оружия. Держись, Гуров! Это уже разжалованием пахнет. Вдруг тут у них операция по задержанию? Да нет, какая, к черту, операция, когда Коркия, можно сказать, лично приглашал на нее шведа? Операция, да только совсем другого рода. Теперь понятно, что за фрукт этот Коркия. Дежурит в районе вокзала, постоянно в курсе, кто прибыл, кто убыл. Небось, он и курьеров лично встречает. Интересно, в каком чине тот второй, который Крячко искать пошел?»

Из темноты не доносилось ни единого звука, но Гуров решил не торопить события и немного подождать. Крячко в состоянии и сам справиться. Преимущество сейчас на его стороне. Их здесь, конечно, не ждали. Вряд ли тут вообще кого-то ждали – в этом пустынном зловещем месте, да еще дождливой ночью. Действовали по привычке, посчитав, что этих мер безопасности хватит с лихвой.

Гуров порылся в «бардачке» машины и нашел то, чего ему сейчас так не хватало – наручники. Он приковал Коркия к дверце и на всякий случай вынул ключи из замка машины. То же самое он проделал, заглянув в салон «Вольво», а вот забрать ключи из «Волги» не удалось – машина была заперта.

«Кто это у нас такой предусмотрительный? – с неудовольствием подумал Гуров. – Все вроде свои, а он демонстративно машину запирает! Откровенное недоверие сообщникам? Интересно!» Но запомнить номер машины ему никто помешать не мог, и он его запомнил.

Неожиданно из темноты вынырнула тень. Гуров вначале замер, но потом угадал в этой тени полковника Крячко. Они встретились.

– Ну? – тихо спросил Крячко.

– Вот и ну! – ответил Гуров. – Лейтенант Коркия, как тебе это понравится? Я его в машине уложил. Он в наручниках.

– Я своего тоже уложил, – с удовлетворением сказал Крячко. – Рукояткой по черепу. Он и не пикнул. Прямо там и оставил, пускай отмокнет. Только пушку забрал – документы смотреть не стал, сыро очень. Ну и что теперь будем делать?

– Пойдем искать главных виновников торжества, – сказал Гуров. – Что еще остается? Нам состав преступления нужен. Но я полагаю, что они тут не в домино собрались поиграть. Важно врасплох их застать.

– Да, но найти их в этом циклопическом сооружении… – Крячко покачал головой. – Да и припоздали мы уже.

– Ничего подобного! Все еще на месте. Главное, не дать им разбежаться. В любом случае что-то у нас будет. Пошли!

Они нырнули в калитку и пошли по темному, плоскому, как армейский плац, двору. Вокруг громоздились черные мертвые корпуса, по крышам которых уныло настукивал дождь.

– Обанкротили, что ли, предприятие? – пробормотал Крячко, вертя головой. – Похоже на чернобыльский реактор после катастрофы.

Нигде не было видно ни огонька, лишь из-за гребня ограды лился отсвет одиноких фонарей. Вдруг в промежутке меж двух черных бетонных коробок мелькнул луч света. Гуров молча подтолкнул Крячко, и они быстрыми шагами направились туда. В руках у обоих тускло блеснули пистолеты.

– Хотел бы я знать, сколько там народу? – озабоченно пробормотал Крячко. – Надеюсь, у нас здесь не форум наркобаронов?

– Считай, двое шведов, – прикинул Гуров. – Курьер обязательно. Да еще неизвестное количество тех, кто приехал на «Волге». То есть минимум человека четыре.

– Ну, шведов мы еще под Полтавой бивали!.. – заявил Крячко.

– Дело в том, что тогда Полтава была еще наша, – напомнил ему Гуров. – Сейчас все по-другому.

– Правильно, бьем своих, чтоб чужие боялись, – кивнул Крячко.

Они вдруг оказались перед открытой дверью, за которой располагался короткий коридор с железными стенами. Что находилось в коридоре, ни Крячко, ни Гуров рассмотреть не успели, потому что по глазам им ударил ослепительный луч фонаря с рефлектором.

– Кто это?! – тревожно выкрикнул мужской голос. – Это твои?

И тотчас погас свет, и другой мужской голос, придушенный и разъяренный, коротко выкрикнул:

– Расходимся, быстро!

И в то же мгновение коридор наполнился грохочущим эхом – там разбегались и прятались люди. Кто-то из них предпочел самый простой вариант и выскочил прямо на Гурова с Крячко. Судя по восклицаниям, которые они издавали, это были шведы. Впереди, приняв позу атакующего регбиста, мчался тот самый безымянный швед, которого так красочно описывал Славик. Он с ходу врезался в Гурова, снес его, как фигуру из папье-маше, и помчался дальше. Но далеко он не убежал, потому что почти сразу же полковник Крячко поставил ему ножку, и гигант растянулся во весь свой двухметровый рост, подняв фонтан брызг из ближайшей лужи.

С досады он зарычал, выругался по-шведски и только потом вскочил на ноги – одновременно с Гуровым. Второй швед метался в темноте, пытаясь скрыться от Крячко среди безмолвных корпусов.

– Стоять! – крикнул Гуров шведскому великану и для острастки выпалил из пистолета в воздух.

Выстрел отбил у шведа желание вступать с Гуровым в драку, но зато прибавил ему бодрости, и он пустился бежать – с удивительной для такого тяжеловеса прытью. Бежал он туда, где располагалась калитка.

Гуров не стал его догонять. Он прислушался и вдруг понял, что, кроме шведов, поблизости никого нет. Судя по всему, российская составляющая «форума» благополучно скрылась с места событий через какой-то боковой выход.