Поэтому Гуров изо всех сил старался найти общий язык с угрюмым коллегой, олицетворявшим в этих суровых краях закон и порядок. Коллега изо всех сил старался сделать обратное. Ради этого он готов был отрицать даже очевидное.

– У меня нет никаких сомнений, что преступники рассчитывали укрыться где-то здесь, – убеждал его Гуров. – Все факты говорят за это.

Подполковник Антипин посмотрел на Гурова тяжелым взглядом и сказал:

– Вы их спугнули – они побежали. Обычная история. Вы им уйти не дали. Чистая работа, я считаю. А вы все недовольны, черную кошку ищете. В смысле там, где ее не имеется.

Гуров терпеливо выслушал эту отповедь, в которую Антипин не поленился добавить даже малую толику лести, и заметил:

– Я понимаю, вам куда проще, чтобы на этой перестрелке мы поставили точку. И у вас все гладко, и мы довольны. Но у нас не было цели в кого-либо стрелять. Нам надо выявить всю цепь. А одного звена не хватает – может быть, самого главного. Поэтому вы как хотите, а мы отступать не намерены. Если вы не желаете оказывать нам поддержку – ваше дело. Справимся сами. Единственное, о чем я прошу, – сообщить на места, чтобы нашим поискам не препятствовали.

Подполковник Антипин посмотрел в окно. На подоконнике лежали косые лучи послеполуденного солнца. В комнате едва заметно пахло краской: в кабинете начальника совсем недавно закончился ремонт.

– Сообщить на места? – с некоторым удивлением повторил Антипин. – На какие именно места? Я понимаю, у вас столичные масштабы, вы привыкли широко мыслить, но наша республика все-таки не Москва. Это – территория! И, учтите, зачастую не имеющая и десятой части ваших возможностей. Например, связь…

– Послушайте, подполковник! – уже начиная раздражаться, перебил его Гуров. – Я не требую от вас, чтобы вы подняли на ноги весь личный состав МВД. Тем более что это не в ваших силах. Мы планировали начать поиски в вашем районе, что совершенно логично. И вам достаточно предупредить о нас начальников отделов в районах. Неужели это так сложно? Нам нужна хоть какая-то опора – знание местности, населения…

– Разумеется, – сказал Антипин, кивая с таким видом, будто этот жест означал нечто прямо противоположное. – Без знания местных реалий у нас тут нечего делать.

– Вот и я о том же, – устало заметил Гуров. – Так сделаете?

Антипин устремил на него ревнивый взгляд.

– Хотите, чтобы я обзвонил своих сотрудников прямо при вас? – спросил он.

– Было бы неплохо, – ответил Гуров. – Но я не буду настаивать. А вот какой-нибудь транспорт я попросил бы выделить нам немедленно. Мы тотчас же хотим приступить к работе.

На лице Антипина появилась странная гримаса, которую при большом допущении можно было бы счесть за улыбку.

– Транспорт? – недоверчиво переспросил он и притворно вздохнул. – Если бы вы в Москве знали, как на местах все сложно!.. – Он махнул рукой и, видимо, решив все-таки не обострять отношений, заключил: – Ладно, я дам вам «УАЗ» с водителем. «УАЗ», правда, старый, но… Это пока все, что я могу, и даже больше, поверьте.

Чтобы придать больше убедительности своим словам, он тут же снял трубку и куда-то позвонил, сердито хмуря брови, потребовал выпустить из гаража машину Видюнкина, а самого Видюнкина направить к нему в кабинет.

Потом он пожал Гурову руку и пообещал в ближайшие часы решить все прочие вопросы и вообще, можно сказать, ожил. Близкая перспектива сбагрить москвичей с глаз долой подействовала на него, как волшебный эликсир. Гуров покинул кабинет начальника без сожалений и вышел на улицу, где его дожидался Глузский с двумя оперативниками – Веригиным и Песковым. Третий лежал в местной реанимации, а четвертого отправили в Москву сопровождать Бардина. Не то чтобы он нуждался в сопровождении – за ним прислали специально оборудованный вертолет с целой командой, – просто заодно он повез в Москву опечатанный кейс с конфискованным миллионом.

Глузский и его подчиненные выглядели мрачными и усталыми. Глузский не выпускал изо рта сигарету. На Гурова они посмотрели с интересом, но без энтузиазма.

– Переговоры зашли в тупик? – спросил Глузский, презрительно щуря глаз. – По-моему, они здесь на другом каком-то языке говорят. Слова вроде те же, а понять друг друга не можем.

– Да как раз все понятно, – улыбнулся Гуров. – Свалились мы им тут как снег на голову посреди лета. У людей отпуска, статистика в порядке, а тут на тебе – о какой-то банде речь пошла, след куда-то не туда повел… Естественная реакция. Но кое-чего мы с коллегой все-таки добились. Нам дают машину и водителя. Туманно обещают помогать и дальше.

– Щедро! – поморщился Глузский. – У машины колеса хотя бы есть?

– А я ее еще не видел, – признался Гуров.

– Вон какая-то колымага, – мрачно кивнул Веригин, указывая на выкатившийся из ворот «УАЗ». – Колеса вроде на месте… Но звенит, как погремушка у моего Ваньки. За город выедем – рассыплется.

Из «УАЗа» вышел не слишком молодой грузноватый милиционер с погонами младшего сержанта и степенно проследовал в управление.

– Если он и ездит так, как ходит, – презрительно сказал Глузский, – то мы с вами и за город сегодня не выедем.