— Жаль, что у Хайгема нет вдовы.

С этим она повернулась и исчезла среди пестрых шелков и бархата богатых купцов и вельмож.

Франсуа всегда нравился Джейми, и он был рад возможности поговорить с ним наедине.

— Значит, твоя сестра стала торговкой, да? Быть титулованной и богатой вдовой оказалось для нее недостаточно?

— Она сожалеет о титуле, поскольку он идет от нашего отца, — заметил Франсуа.

Джейми прекрасно знал, на какие крайности готова пойти Линнет, чтобы заставить этого человека страдать. И хотя ее отец заслуживает ее презрения, Джейми не мог не испытывать некоторого сочувствия к человеку, которого Линнет намерена наказывать до его гробовой доски.

— Странно, однако, что именно Линнет спасет поместья нашего родителя, — сказал Франсуа. — От мужа она получила лишь скромное наследство, но с тех пор увеличила его в несколько раз.

— Если она так мало получила от дяди Помроя, — выразил удивление Джейми, — то какого лешего она вышла за старика?

— Полагаю, — осторожно ответил Франсуа, — он ей нравился.

Значит, его бросили ради старика и небольшого наследства. Это оскорбительно.

— У ее мужа также были полезные связи во Фландрии, — добавил Франсуа.

Что значит его предложение вечной любви в сравнении с этим? Боже милостивый, сколько еще ему торчать в этом душном зале?

— Где Глостер? — спросил он у Франсуа. — Мне надо засвидетельствовать свое почтение, прежде чем я отправлюсь с визитом к епископу.

Не то чтобы он испытывал особое желание видеть и епископа. Из огня да в полымя, вот как это называется.

— Глостер? Полагаю, задирает юбки очередной дамочке за какой-нибудь из дверей.

Франсуа завертел головой по сторонам, словно ожидал увидеть голый зад Глостера прямо здесь, в зале.

— Но разве вон там не его любовница? — спросил Джейми, мотнув головой в сторону Элинор Кобем.

— Элинор слишком умна, чтобы пытаться удержать Глостера под пятой. — Франсуа наклонился ближе. — Но да поможет Бог той леди, если Элинор узнает, кто она. Ходят слухи, что это она отравила последнюю женщину, с которой он развлекался.

Джейми легко мог в это поверить.

— Но я ничего не слышал об убийстве.

— И не услышишь, — тихо пробормотал Франсуа. — Женщина месяц провела в постели — достаточно долго, чтобы охладить интерес Глостера. Говорят, она до сих пор не ест ничего, кроме овсянки.

— Господи помилуй.

— Разумеется, — добавил Франсуа, — нет никаких доказательств, что это дело рук Элинор.

Некоторое время они молча стояли рядом, оглядывая толпу. Джейми выискивал Помроя — этот наглец до сих пор не ответил на его вызов встретиться в поединке один на один. И хотя у Джейми руки чесались как следует проучить негодяя, он был рад, что не видит здесь Помроя. Ему не хотелось, чтобы Помрой приближался к Линнет даже на пушечный выстрел.

Джейми заметил, что Элинор скользнула в темный угол, где заговорила о чем-то с четырьмя мужчинами в одежде священнослужителей.

— Элинор теперь что, сговаривается с церковниками? — спросил он у Франсуа.

— Вид у них и в самом деле такой, будто задумали что-то нехорошее, — со смехом согласился брат Линнет. — У Глостера и его любовницы весьма интересные знакомцы.

— Кто они?

— Вон тот, с высоким лбом и чересчур длинным носом, — знаменитый алхимик из Оксфорда, — пояснил Франсуа. — Глостер — известный покровитель философов, как и людей искусства.

— А разве алхимия не искусство? — спросил Джейми. — Искусство обмана?

— Ага, они превращают твое серебро в свое золото, — отозвался Франсуа, и оба рассмеялись. — Мужчина с заостренной бородкой, который стоит рядом с Элинор, Роджер Болингброк, оксфордский ученый-астролог, — продолжил Франсуа. — Тот, что с ним рядом, Томас Саутвелл, целитель и каноник часовни Святого Стефана здесь, в Вестминстерском дворце. И последний, похожий на хорька, Джон Хьюм, секретарь из окружения Глостера.

Джейми не удивило, что Франсуа всех знает. Если высадить Франсуа на берег в чужой стране, то уже через неделю он будет знать половину всех преступников и будет приглашен на ужин к королевскому столу.

— Глостер и его любовница увлекаются всякими древними мистическими искусствами, — добавил Франсуа, наклонившись поближе. — Я слышал, они даже знаются с некромантами.

— Это те, кто вызывает души мертвых? Ты шутишь?

Франсуа слишком знакомым жестом вскинул бровь и пожал плечом.