— О силы небесные! Я не сажусь здесь за руль. Меня привез шофер моей родственницы. Сам я не могу привыкнуть к правостороннему движению и всем этим «на север», «на юг»…

Рикки привстал.

— Я с удовольствием подвезу вас, — предложил он. — Дел на сегодня у меня не осталось, и я уверен, что мисс Бостон…

Д'Арси поднял руку.

— Не хочу слышать об этом до тех пор, пока…

— …пока что?

Д'Арси опустил глаза.

— Пока вы не согласитесь составить мне компанию, — проговорил он неожиданно мягким и вкрадчивым голосом.

— Но…

— Нет, и это называется американская демократия? А ведь Портия говорила мне, что вы ее партнер? Есть у партнеров какие-нибудь привилегии?

Рикки глубоко вздохнул и поправил галстук.

«Что ж, ладно. Как проявление гостеприимства. Портия не осудила бы меня. Надо только заранее заказать столик», — пронеслось у него в мозгу.

В этот день Рикки Трюс так и не вернулся в свой офис.

В среду около пяти вечера Д'Арси снова заглянул к ним, «случайно» оказавшись поблизости.

— Она… Портия… мисс Бостон на месте, — смутился Рикки.

— Я знаю, — улыбнулся Д'Арси. — Она ожидает меня. Я буду сопровождать ее в «Ксэнэду-центр» на какое-то театральное представление, а после этого — на обед.

Рикки, с трудом сглотнув, сказал:

— Э-э… насчет вчерашнего вечера…

— Да ничего не было, — заверил его Д'Арси. — Отнесите это на счет пары-тройки лишних коктейлей за ленчем. О'кей?

— О'кей, — откликнулся Рикки. — О'кей.

Но это было не так. С тех пор как его пристрастия вышли наружу, он всегда вел себя с Портией открыто. Она была в курсе его романов и увлечений, они были как сестры. А знала ли Портия о том, что ее «знатный англичанин» был гомосексуалистом?

Нет! Не могла она этого знать. Ведь Д'Арси нравился ей. Рикки должен был сказать Портии правду. Однако единственный путь убедить ее — это признаться в том, что он с ним… То есть что Рикки оказался третьим в этом уродливом любовном треугольнике. Это причинит ей боль.

Когда Портия вечером заглянула в кабинет к Рикки, чтобы попрощаться, тот едва взглянул на нее, так как был занят бумагами.

…Давали оперу Верди «Эрнани». Исполнение шло на английском, пел второразрядный состав из какого-то мюнхенского театра. Несмотря на английскую речь, Портия потеряла нить происходящего на сцене уже во время самой первой арии толстой героини. Портия совсем не беспокоилась об этом, она сидела и думала о своем неординарном спутнике.

Во время первого антракта Д'Арси взял два отвратительных коктейля.

— Мне нравится ваше платье, но все же не так, как то, другое.

— Другое?

— То, в котором вы были на приеме у Камиллы. В том платье был вызов — особенно со спины.

Портия прекрасно помнила, как низко было вырезано на спине то черное платье. Теперь она замерла в красном бархатном кресле.

— А это? — спросила она, украдкой взглянув на смелое декольте.

— Уверяю вас, вы в нем необыкновенно привлекательны. Половина мужчин в театре уже воспылала страстью к вам, Портия. Полагаю, что все это дело вкуса. Как говорится, на вкус и цвет… Так вот, мне больше нравится то платье.

Такие примитивные сентенции из уст американца могли бы показаться дешевым заигрыванием. А Д'Арси преподнес это как чисто дружеское расположение.

— Мне кажется, это платье больше подходит.

— Это «детище» американского дизайна? Боб Макки, кажется?

— Вы и в этом осведомлены?

— Я осведомлен только в том, что касается женской красоты, кроме, пожалуй, косметики. А вы редкая женщина, Портия! Я совершенно уверен, что и «а-ля-натурель» вы будете также красивы.

Он имел в виду — без косметики? Или обнаженная? У Портии было сильное подозрение, что речь идет о последнем… И она вдруг увидела себя сидящей здесь, и все мужчины не сводят с нее глаз, а Д'Арси — в особенности.

— Вы о чем-то задумались? — услышала она голос Д'Арси.

Портия почувствовала, как кровь прилила к щекам.

— Извините меня. Я просто подумала…

— Да-да?

— Что… что вы можете сказать о представлении?

— Мне доводилось слушать это в лучшем исполнении. Возможно, вся беда в переводе.

— Так досадно! Я «Эрнани» прежде не слышала. Я думала, что если уж Верди…

Он ладонью накрыл ее руку.

— Не стоит расстраиваться. Вашей вины в этом нет.

— Дома у меня есть «Риголетто» на компакт-диске. Вот это действительно здорово.

— Так почему же мы продолжаем смотреть эту ерунДУ?

— То есть?… А как же ужин?

— Наш столик заказан на одиннадцать. Почему бы нам пока не послушать «Риголетто», а потом вернуться к ужину?

Это «потом вернуться» успокоило Портию. Не собирается же она тащить Д'Арси к себе на весь вечер, просто они зайдут ненадолго послушать музыку. В этом нет ничего предосудительного.

— Ладно, идемте.

…Красная лампочка автоответчика в квартире Портии постоянно мигала. Портия нажала на клавишу, услышала голос Рикки.