— Клеменс, с тобой все в порядке?

Она убрала мокрые волосы с лица и увидела, что Натан с ножом в руке стоит у самого берега.

— Да, прости, что напугала. Все хорошо, просто вода холодная и здесь глубоко.

Натан отвернулся и уставился куда-то в кусты. Клеменс опустила глаза и сквозь зеленоватую воду увидела очертания своего тела. С берега, наверное, видно еще лучше.

— Почему бы тебе тоже не искупаться? Вода так освежает.

— Там глубоко? — спросил он, по-прежнему глядя в сторону.

— Очень. Можем повернуться друг к другу спиной.

Холодная вода, как слышала Клеменс, отрезвляюще действует на мужчин, охлаждает их пыл. Смутившись, она отвернулась, чтобы дать ему возможность раздеться.

— Закрой глаза.

Клеменс зажмурилась, но через несколько секунд чуть приоткрыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как обнаженное тело Натана погрузилось в воду. Он вынырнул неподалеку от нее.

— Вода просто ледяная! — крикнул он, но на лице его появилась чуть заметная улыбка. Подняв руку, он окатил девушку тучей брызг.

Это мало походит на купание спиной к спине, подумала Клеменс. Она нырнула и поплыла к противоположному берегу.

— Не такая уж она и ледяная, просто надо больше двигаться! — крикнула она в ответ и в свою очередь брызнула в него водой.

Натан нырнул, как дельфин, поверхность воды успокоилась, воцарилась тишина.

— Натан? — неуверенно произнесла Клеменс, но тут что-то дернуло ее за лодыжки, и она ушла под воду, успев закрыть рот. Отпустив ее ноги, Натан обнял Клеменс за талию и вместе с ней вынырнул на поверхность. Девушка рассмеялась.

— Это тебе за то, что заманила меня в ледяную воду.

Натан медленно подплыл к водопаду и нырнул прямо под струю. Падающий поток разбивался о его голову, окутывая пеной брызг. Он выглядит как какое-нибудь водяное божество, поджидающее путника, которого можно было бы напугать. Да она и сама как нимфа. Клеменс отвела взгляд от Натана, который, закрыв глаза, наслаждался водным массажем. У берега она увидела похожие на кувшинки цветы с янтарно-желтыми лепестками. Сорвав один цветок, Клеменс пристроила его за ухом.

С синяками на лице она, наверное, выглядит довольно глупо, но, может, это развлечет Натана. Почему-то ей захотелось доставить ему радость. Клеменс выплыла на середину пруда и стала ждать, пока он откроет глаза. Когда Натан увидел ее, на его лице отразилось только недоумение. Наверное, он шокирован моим поведением, подумала Клеменс.

— Клеменс, — сказал Натан спустя несколько томительных минут.

— Я знаю, что выгляжу как идиотка, просто подумала, раз ты похож на водяное божество, тебе нужна нимфа. Думала, тебе понравится, но ты не… — пробормотала Клеменс и покраснела.

Сделав два широких гребка, Натан подплыл к ней, обнял за талию. Клеменс положила руки ему на плечи. Они парили в зеленоватой воде, глядя друг другу в глаза.

— Да, — медленно сказал он. — Ты похожа на водяного духа с твоими зелеными глазами и гибким телом.

— Я?

Натан был так близко, что даже сквозь воду Клеменс ощущала исходящее от него тепло. Она ощущала, как играют его мускулы под ее ладонями, видела его грудь с темными волосками и не решалась опустить глаза, зная, что вода ничего не скроет.

— Да, ты.

— Но у меня неважная фигура…

— Не слушай никого, у тебя все как надо. Уж я знаю, что говорю.

Его руки скользнули по ее бедрам и снова обхватили талию.

— Но… — Клеменс уставилась на его грудь, закусив губу.

Их тела мерцали в зеленоватой воде, словно были сделаны из слоновой кости. Странно, но у нее, кажется, слегка выросла грудь с тех пор, как она сбежала из дома.

— У тебя красивая грудь.

Прежде чем Клеменс успела сказать хоть слово, он протянул руку и коснулся ее левой груди. Соски предательски напряглись.

— Очень красивая, — повторил Натан и поплыл к берегу.

Смущенная и довольная, Клеменс отвернулась, радуясь, что может охладить разгоряченные щеки в воде. Она слышала, как Натан выбрался на берег. Красивая? Он считал ее тело красивым? Должно быть, он просто давно не был с женщиной, сказала себе Клеменс. Кроме того, мужчины — странные существа, они способны испытывать физическое влечение к любой женщине. Взять хоть кузена Льюиса, думала Клеменс, выбираясь из воды и нащупывая полотенце. Он совершенно ясно дал понять, что считает ее непривлекательной, и все же был уверен, что сможет заниматься с ней любовью и наградить ее ребенком.