Рурк направился к кабинету Нины, пребывая в крайнем раздражении. Его злило даже оформление ее кабинета. Все здесь выглядело до чертиков приветливо, начиная с солнечно-желтых стен и кончая жизнерадостными фотографиями выдающихся людей Авалона, персональных героев Нины — Глории Стейнем [11] и Мадонны — и ее дочери Соннет. Не в первый раз Рурк ощутил приступ зависти. У Нины была прекрасная дочка и большая семья, которую она обожала. У Рурка всего этого не было, и этот факт никогда его не беспокоил. Но не сегодня.

Даже если Нина и заметила состояние Рурка, она ничего не сказала и открыла папку с документами.

— Нам снова нужно просмотреть смету твоего департамента, — сказала Нина. — В этом квартале у нас снова финансовый дефицит.

— О нет! — воскликнул Рурк. — Неужели ты снова пересмотришь наше финансирование? Господи, Нина, нашим машинам по десять лет. Я не могу больше урезать расходы, даже не проси.

— Я не собираюсь, — заверила его Нина. — Я знаю, что твоему департаменту уже не на чем экономить.

— Спасибо, — все еще недоверчиво ответил Рурк. Нина не просто так назначила встречу.

— Я хочу попросить государственную субсидию на цифровые видеокамеры для полицейских машин, которые ты просил.

Хорошо, теперь Рурк понимал, что задумала Нина.

— Мой отец стоит во главе правоохранительных органов государства.

— Правильно, Рурк…

— Мы не станем этого делать. Найди другой способ финансировать проект.

— Например?

— Например, выясни, что за чертовщина творится с городским бюджетом, мадам мэр.

— Не строй из себя умника. Я несколько месяцев пытаюсь это понять. — Нина сглотнула и прижала ладони к книге учета, которая лежала на ее рабочем столе. Что-то ее беспокоило. — Думаю, пора звать бухгалтера. Пусть посмотрит наши книги. Иначе я буду выглядеть параноиком в глазах людей.

— Но это стоит денег.

— Если мы найдем поврежденную артерию, то сможем остановить кровотечение.

— Ты говорила с Мэттью Алджером? Сдается мне, надо начать с него.

— Говорила, и это ничего не прояснило. Его записи в безупречном порядке. — Нина нахмурилась. — А как же иначе?

— Почему ты так говоришь?

— Он хочет во всем выглядеть идеально, потому что собирается соревноваться со мной на будущих выборах.

Нина выглядела такой изможденной, что Рурк тут же позабыл о собственных проблемах.

— Послушай, как насчет того, чтобы вызвать не бухгалтера, а ревизию? Тогда ты не будешь выглядеть параноиком и, возможно, выяснишь, что происходит.

— А как заплатить ревизии? Может, деньгами твоего отдела? — спросила Нина.

Рурк ударил рукой по столу.

— Я стараюсь помочь!

В отличие от людей, с которыми работал Рурк, Нина не обращала на его вспышки гнева никакого внимания.

— Что это с вами, мистер Макнайт?

Рурк бросил на нее недобрый взгляд.

— Со мной ничего, если вдруг ты не задумала содержать мой департамент на сумму в несколько бумажек.

— Лжец. Как будто урезание бюджета тебя испугает.

Нина положила руки на стол и внимательно посмотрела на Рурка.

Он не поддался этому взгляду. Нина Романо была красивой, одинокой, все ее любили. Годами люди в городе хотели влюбляться и жить долго и счастливо. Городской мэр и шеф полиции. Слишком привлекательно, чтобы устоять.

Единственная проблема заключалась в том, что они не подходили друг другу. И оба это знали. Тем не менее уважали друг друга. Когда Нина спросила Рурка, что его гложет, тот не стал ничего отрицать.

— Меня все достало, — признался он.

— О. — Нина понимающе кивнула. — Это СПУД.

— Что это?

— Синдром после ухода Дженни.

Очень смешно, подумал Рурк.

— Когда Дженни жила со мной, она постоянно выводила меня из себя. Я решил, что ей лучше уехать.

Нина рассмеялась:

— Макнайт, я не устаю тебе поражаться!

— Что ты имеешь в виду?

— Ты сох по Дженни с тех пор, как мы были детьми.

— Я… э-э-э… вроде так и сказал ей, перед тем как она уехала.