Как Дэзи могла быть такой беспечной? Ей всего семнадцать. Все подростки беспечны и совершают глупости. Он сам таким был. Грег был неуправляемым. Возможно, даже больше, чем Дэзи. Как и она, он попался в ловушку собственной разнузданности. Они с Софи встретились когда оба работали воспитателями в лагере «Киога», закончив всего лишь первый курс колледжа. Не секрет, что им «пришлось» пожениться. Это сможет понять любой, кто произведет подсчеты с датой рождения Дэзи. А теперь и Дэзи оказалась в той же треклятой ситуации. Вот проклятье! Черт! Черт! Черт!

— Папочка, — прошептала Дэзи, — скажи что-нибудь.

— Я стою и думаю: «Вот черт!» — признался Грег. — Пока я пришел только к этому.

Он воткнул лыжную палку глубоко в снег.

— Черт, Дэзи! Как ты могла… — Грег заставил себя замолчать. Слова отозвались эхом по пустому полю для гольфа и стихли. Грег знал как. Как и все дети. С начала времен. Будь честен, подумал Грег. Будь честен. Расскажи ей, насколько это плохо. Нет, не это. Она и так об этом знает. — Что… мм… так что теперь? — спросил он.

— В понедельник я иду к доктору, — ответила Дэзи.

— Ты еще не ходила?

— Нет. Я делала, ну, ты знаешь, тесты на беременность. Кажется, раза четыре. Я надеялась, что они врут, но… — Она пожала плечами. — А потом я так испугалась, что ничего не сказала.

— Никому?

— Никому. Я не уверена, но думаю, Нина Романо догадалась.

Боже. Из всех людей именно Нина. Грег почувствовал приступ гнева оттого, что чужой человек узнал секрет до него. «Кстати, как там Дэзи?»Так вот что Нина хотела выяснить в пекарне сегодня утром! «Как там твоя беременная дочурка?»

— Я не сказала ей, — отозвалась Дэзи. — Я ей вообще ничего не сказала. Не могла лгать. Никогда не была лживой.

И это было чистой правдой. Одной из причин всех проблем, приключившихся с Дэзи, являлось то, что она не умела противиться обстоятельствам.

— Ты уже рассказала маме?

— Нет.

Вот это сюрприз. Она рассказала ему, а не Софи.

— Тебе придется.

— Я знаю.

— А… мм… парень? — Грега захлестнула ярость, близкая к желанию убить. Если бы этот маленький подонок сейчас был здесь, Грег убивал бы его долго и мучительно без всяких колебаний. — Ты должна рассказать мне о парне, — сказал Грег.

— Логан О’Доннелл.

О’Доннелл, О’Доннелл, О’Доннелл. О боже!

— Сын Эла О’Доннелла?

Дэзи кивнула.

Превосходно. Эта счастливая ирландская семья из Нью-Йорка. О’Доннеллы были богаты, могущественны и являлись ревностными католиками.

И снова Грег сделал усилие, чтобы ничего не сказать. Сначала нужно выяснить, что Дэзи чувствует к этому парню. Этому мелкому подонку, который сделал ей ребенка. Дэзи начала говорить. Ее голос отражался от окружавшего их снега и звучал отчетливо в этой тишине. Она рассказала Грегу о вечеринках, которые они с друзьями устраивали в квартирах на Манхэттене и в домах для уикэнда на Лонг-Айленде. Грег чувствовал тошноту не потому, что был шокирован, а потому, что все это было ему так знакомо. Они с друзьями делали то же самое, и кто знает, возможно, какая-то девушка забеременела от него и не рассказала об этом.

Вне всяких сомнений, их с Софи расставание и развод отразились на детях самым худшим образом. И реакция Дэзи была классической: бунт, закончившийся наркотиками и незащищенным сексом. По признанию Дэзи, дата зачатия совпадает с днем, когда Софи улетела из страны.

В тот день Дэзи пришла к Грегу с несчастным лицом и спросила:

— Могу я поехать с друзьями в Сэг-Харбор? Меня пригласила Бонни Маккензи.

— Ее родители будут там?

— Конечно. Можешь позвонить им, если хочешь.

— Нет. Я доверяю тебе, милая.

И он — боже, дай сил — действительно доверял ей. Он глупо поверил Дэзи и отпустил ее. Наверное, он подумал, что они будут пить и гулять. Ведь старшеклассники этим и занимаются. Если бы он запретил Дэзи идти на вечеринку, это бы ее не остановило.

Дэзи следила за Грегом и читала его, как открытую книгу.

— Не вини себя, пап. Или маму, или Логана. Это все я. Мое глупое решение.

— Что ты теперь будешь делать с Логаном? — спросил Грег. Он точно знал, что сам хочет сделать с этим парнем, но его желание было противозаконно и никак не помогло бы Дэзи.

— Я ничего не скажу ему, пока точно не решу. Если я решу сделать аборт, то незачем рассказывать Логану что-либо. — Дэзи воткнула мыс своего ботинка в снег. — Если я хочу сделать аборт, это ужасно?

Грэг внимательно смотрел на Дэзи и видел свою светловолосую дочурку, которая так гордилась первым выпавшим зубом, которая заползала к нему на колени и просила рассказать историю, спускалась по лестнице, облаченная в платье для школьного бала… Ее больше не было. И никогда не будет, словно эта девочка умерла. На ее месте стояла смущенная незнакомка, и на секунду ее вызвал у Грега вспышку неприязни — возможно, отвращения? — и это чувство было таким сильным, что Грег испугался.