Нет, подумал он. Нет. Он не позволит этому чувству зародить в нем какие-то сомнения. Нет.

— Папа? — позвала Дэзи и взглянула на Грега. — Ты не ответил.

— Я кое-что забыл тебе сказать, — произнес он. — Я люблю тебя, и это никогда не изменится.

Дэзи вздрогнула.

— Я знаю, пап. Спасибо, что сказал это. Но… ты мне так и не ответил, — напомнила Дэзи.

Грег не знал. Он правда не знал.

— Время, когда я принимал за тебя решения, закончилось.

Грег посмотрел на камеру, которую Дэзи бережно держала в руках во время всего разговора. Он знал, что в будущем он будет смотреть на сегодняшние снимки и вспоминать, что такими они с дочерью были до этого.

После того как Дженни уехала в Нью-Йорк, жизнь Рурка стала до странного пустой. Он говорил себе, что должен радоваться, вернувшись к своей обычной жизни.

Рурк привык жить один, сам по себе. Переезд Дженни в его дом, пусть даже временный, все разрушил.

На самом деле жизнь с Дженни была сплошной проблемой. Она подолгу принимала душ, захламляла ванную самыми невероятными видами мыла, шампуней и косметики. Она настаивала на полезных завтраках и смотрела эти жуткие телешоу: «Подиум» и «Топ-модель по-американски». Кто вообще их придумал?

Рурк с облегчением вернулся к своей свободной ванной, свободной жизни. К «Ну и ну!» на завтрак и боксу по телевизору. С превеликим облегчением.

Но по какой-то причине Рурк чувствовал тревогу и раздражение. Он срывался на своих сослуживцев, ворчал на помощника и кричал на обоих заместителей. Бумаги и документы давили на Рурка тяжелым грузом. Во время встречи с Мэттью Алджером по поводу бюджета он понял, что находится на грани нервного срыва.

Алджера нисколько не смущал тот факт, что он не очень-то щедр к городской полиции. Он собирался выразить неодобрение по поводу того, как Рурк распределяет расходы. Но когда он увидел выражение лица Рурка, ему захотелось выразить недовольство насчет чего-то другого.

— Я просмотрел эти цифры, — сказал Мэттью, передавая Рурку помятый документ. — Городской бюджет не может позволить купить четыре полицейские машины, о которых ты просишь.

— Так сделайте так, чтобы позволил, — ответил Рурк. — Я не стану аннулировать запрос.

— Хорошо. Тогда я сам его аннулирую.

Рурк заставил себя унять ярость. Алджер собирался оспаривать каждый пункт, строчку за строчкой.

— Не стоит. — В голосе Рурка прозвучала нотка угрозы.

— У нас нет денег, — ответил Алджер обманчиво тихо, в то время как за его словами явно стояло непоколебимое решение. — И тратить резервы мы не намерены.

— Вы читали мою заявку? — спокойно спросил Рурк. — Мы ездим на машинах, которые должны были списать еще пять лет назад. Одна из них вообще была признана небезопасной для вождения на любой скорости. Я не отступлю, Мэтью.

— У тебя нет выбора. — Алджер достал из ниши письменного стола какой-то документ. Городской кодекс. — Все расходы должны быть одобрены главой городской администрации. А я их не одобряю.

— Тогда ты полная свинья, и я добьюсь того, что люди узнают, как ты ни черта не заботишься об их безопасности.

— Конечно, беги жаловаться к Нине. Она осветит это в своей следующей речи. Да все ездят на старых машинах, шеф…

— От того, в каком состоянии полицейская машина, может зависеть чья-то жизнь.

— Это бесполезно, и ты прекрасно знаешь.

Рурк почувствовал, что пламя его гнева уже приблизилось к поверхности и вот-вот вырвется наружу. Продолжая смотреть на Алджера, он открыл ящик стола и достал свою бумагу.

— Я все посчитал, — заявил он. — Бюджет может покрыть эти расходы.

— Подсчеты — это моя работа, и я говорю, что мы не можем позволить себе таких затрат.

— Знаешь что, — ответил Рурк. — В следующем месяце в город приезжает ревизия…

— Нужно перенести их визит.

— Посмотри в свой чертов кодекс! Их визит нельзя перенести!

Покидая кабинет Алджера, Рурк сказал себе, что нет причин злиться. Нужно просто решить проблему. Это не его работа, но ввиду того, что огромная доля бюджета тратится на обеспечение безопасности граждан, Рурку приходилось объяснять каждый потраченный цент. Бюджет города был очень мал, и никто не мог понять почему. Прибыль и расходы не состыковывались. Нина была напугана, поскольку в этом году должны были состояться перевыборы. Из-за такого положения дел с финансами она становилась легкой добычей для своего оппонента. Мэттью Алджер появится в образе белого рыцаря с обещаниями навести порядок.