– Надеюсь, что так! – буркнула девушка.

– Вы также можете устроиться на работу по сортировке, – предложил Годфруа. – Это даст вам определенные преимущества.

– Сортировка? А в чем она заключается? – заинтересовалась Пегги.

– В том, чтобы разбирать скапливающиеся на свалке вещи и раскладывать их по категориям: башмаки к башмакам, кофейники к кофейникам, зонтики…

– Спасибо, я поняла.

– А в чем состоят преимущества? – подхватила Мария-Женевьева.

– Вы получите право выбирать вещи по своему вкусу. И, таким образом, сможете отбирать для себя необходимую одежду или утварь в самом хорошем состоянии. И, разумеется, вас обслужат в первую очередь.

– Отлично! – решила Пегги. – Мы согласны на сортировку. Когда можно приступать?

– Прямо сейчас, если хотите. Вы обеспечите себе безбедную жизнь, а верховному распределителю всегда не хватает рабочих рук.

Годфруа повел их по лабиринту улиц, похожих друг на друга, как две капли воды. В конце концов Пегги различила вдали высокий холм, сложенный из наваленной вперемешку всякой всячины. Она догадалась, что это и есть пресловутая свалка.

– Вы правильно поступаете, что принимаетесь за работу не мешкая, – шепнул молодой человек. – Многие, знаете ли, допускают ошибку, бездельничая и считая, что вполне могут спать на улице… Но им приходится пожалеть об этом сразу же, как только слон выразит свое неудовольствие кислотным дождем. Кому понравится проснуться с дырками на собственной коже! Так что приступайте к строительству дома как можно скорее. Это ваша первоочередная задача. Особенно тщательно займитесь крышей, позаботьтесь о том, чтобы она не текла. Она ваша единственная защита от ливней из пищеварительного сока.

– А часто слон гневается? – спросила Пегги Сью.

Годфруа пожал плечами, неловко отводя глаза.

– Я ведь уже говорил вам – слон очень обидчивый. Одно неверное слово, и хоп – начинаются проблемы. Допустим, кто-то чем-то обижен или недоволен… на крыши города тут же проливается кислотный дождь. Да, кстати! Еще один совет. Если найдете на свалке рыцарские шлемы, возьмите их. И щиты тоже. Железо отлично защищает от дождя. Из щитов получаются превосходные зонтики.

– Спасибо, – поблагодарила Пегги со вздохом. Будущее рисовалось ей отнюдь не в радужном свете.

Наконец они добрались до подножия свалки, которая вполне соответствовала описанию Годфруа. Это было невероятное нагромождение всевозможных вещей, в основном сломанных и перепутанных. Целая гора мусора!

– Пойдемте, я представлю вас нашему Верховному Распределителю, – объявил Годфруа, расправляя плечи. – Будьте с ним очень вежливы. Он злопамятный человек и никогда не прощает нанесенных ему оскорблений. У нас, в Шринк-сити, эти качества считаются положительными, потому что они присущи нашим хозяевам – слонам. А мы должны прикладывать все усилия, чтобы стать похожими на слонов, ведь это лучшее, что может с нами произойти, не правда ли?

На последних словах он старательно повысил голос.

Навстречу им вышел высокий худощавый мужчина, одетый в длинный плащ с капюшоном, перчатки и красный резиновый фартук. Нижнюю часть его лица скрывала странная маска с длинным выступом в форме хобота.

– Барышни, – произнес Годфруа слегка придушенным от избыточного почтения голосом, – позвольте представить вам мэтра Альбутокса, Верховного Распределителя Шринк-сити.

Затем, низко склонившись перед странно одетым человеком, он добавил:

– Мэтр, я привел вам добровольцев, которые хотели бы работать на сортировке.

Альбутокс окинул присмиревших девочек пронзительным взглядом, сурово нахмурив брови. От этого на его лбу собралось не менее трех тысяч морщин.

– Девчонки, – проворчал он из-под маски. – Они не продержатся здесь и трех дней и начнут хныкать, стоит им сломать ноготок… Впрочем, у них есть собака. Она может нам пригодиться. Собаки умеют копать, и у них хорошее обоняние. Ладно, я возьму их на работу, но только из-за собаки. Пусть не строят себе иллюзий, здесь не место для пижонок!

Не обращая внимания на Годфруа, который продолжал раболепно кланяться, Альбутокс жестом пригласил девочек следовать за ним и углубился в извилистый лабиринт свалки.

– Здесь хранятся свитера, – объяснял он на ходу, тыча пальцем в горы вещей. – Здесь обувь. Здесь – миски, кастрюли, всякая кухонная утварь; здесь – доски, брусья и прочая строительная древесина…

Он продолжал свое перечисление, пока они не оказались у порога какого-то невзрачного покосившегося строения.

– Здесь моя контора, – внушительно объявил он. – Вход туда категорически запрещен! В ту сторону – помещения для работников свалки. Раздевалки, где вы найдете необходимую рабочую одежду. Не забудьте надеть перчатки, иначе ваши хорошенькие ручки будут все утыканы занозами.

– Годфруа сказал, что мы получаем право выбирать и откладывать для себя все, что нам понравится, это верно? – спросила Пегги, стараясь придать своему голосу побольше твердости.

– Верно, – подтвердил Альбутокс. – Это ваша привилегия сортировщиц, так сказать, плата за работу. Кроме того, поскольку вы еще не обзавелись собственным домом, я разрешаю вам пока ночевать в наших раздевалках, чтобы уберечься от следующего кислотного дождя и не истаять под ним, как свечки… Но не радуйтесь раньше времени. Большинство наших сортировщиков гибнут под обвалами мусора. Вот почему я постоянно испытываю трудности с набором рабочих рук. А теперь принимайтесь за дело! И следите за собакой. Если она попадет под обвал, я тут же вышвырну вас за дверь.