Шрифт:
– Ну и как? – полюбопытствовал Даня. Древний окинул его взглядом с головы до ног и ухмыльнулся.
– Ничего. За те пять тысячелетий, что мы не виделись, ты сильно возмужал. Где тот испуганный малыш, которого я привечал на Острове Вечной Зелени? А помнишь…
– Ну, начались воспоминания, – нетерпеливо топнула ногой Эля. – Вы же о спасении моего народа недорассказали!
– Деточка, – вскипел Апоп. – Ты лучше яблочко кушай! Сил набирайся на обратную дорогу. Чай слышала, что самим придется выпутываться из этой передряги. Что ж до спасения твоих соплеменников, так что рассказывать? Ну, привел их сюда, в мои сады, строго-настрого запретив покидать их пределы. Перекантовались они у меня чуток, а потом я их обратно отправил, поручив Охотнику за ними приглядывать. Но, видно, Красноглазому самому захотелось в роли спасителя народов побывать…
– А как же песня?
– Вот только она и сберегла истину. Да я не в обиде. Чем меньше обо мне знать будут, тем лучше… Ладно, малыши, заболтался я здесь с вами. А вы со мной. Ступайте к своим товарищам, ешьте, пейте, отдыхайте. Набирайтесь сил перед дальней и трудной дорогой, а затем садитесь на свой кораблик и плывите дальше, к восточным пределам Амдуата. Прощайте. Авось когда-нибудь снова свидимся.
Он негромко цыкнул сквозь зубы и исчез. А с ним пропал и дивный сад. Друзья очутились в том самом громадном зале, где начиналась Данькина аудиенция с властителем этого мира.
– Блефовал старик, ой блефовал! – зашелся лаем Упуат.
– Что ты имеешь в виду? – не понял Горовой.
– Напустил, понимаешь, тумана: не могу-у, не имею пра-ава, Великое Решении-ие, бо-ог… Да все он может, змей подколодный! Не побоялся же спасти эвенков, наплевав на всякие запреты. Кто ему тут, в его собственном царстве, указка? Только любопытно стало посмотреть, как мы сами выкрутимся. Цирка захотелось! Совсем от скуки ошизел да от безделья!
– С-сам-м-м т-та-ко-о-о-ой!!! – загромыхало под сводами. – Убирайтес-с-с-сь отс-с-сюда!!!
И сверху полился дождь из спелых фруктов.
– Все, все! – запричитал волчок, увертываясь то от яблока, то от груши, то от банана. – Уходим, уходим! Беру свои слова обратно!!
Глава двадцать первая
ВОСТОЧНЫЕ ВРАТА
– Или мне кажется, или нас действительно сносит к берегу, – сообщил Упуат, привстав на задние лапы и опершись о фальшборт.
– Нечего бояться, Проводничок, – панибратски ответил Хепри. – Ладья Миллионов Лет не может сесть на мель или утонуть. Да и вообще – я тут не первый век плаваю, все мели и течения знаю.
– Но нас действительно сносит к берегу.
Река текла по дну глубокого каньона, стены которого уходили высоко вверх, в рыжее небо. Не Большой Каньон, конечно, но тоже весьма солидное творение природы. И к вот к одной из его стен, сложенной изломанными гранитными глыбами черного цвета, их и влекло.
Причем, похоже, гнала какая-то разумная сила. Во всяком случае, на все попытки команды изменить направление движения «Месектет» никак не отреагировала.
А потом они увидели – куда лежит их путь.
То были здоровенные ворота в скале, в которые, пожалуй, могла пройти не то что их Ладья, вмиг показавшаяся такой маленькой, но даже и одноименный лайнер, с которого не так давно Рассекающие сдернули Даню.
Врата сверкали позолотой и были украшены изображениями всяких жутких тварей.
– М-да, будет скверно, если нас несет именно туда, – промямлил высунувшийся из люка Языкатый Ху. – Это же Неколебимые Врата!
– Так они же… сколько уж лет… – фыркнул Хепри. – Клянусь своими усами, не понимаю ни Апопа! Подземелья усопших богов запретны!
– А почему? – не подумав, спросил Даниил. Все, не исключая Эли, посмотрели на него, как на идиота.
– Ты что, не помнишь, кто там живет? А еще утверждаешь, волшебную карту читал внимательно. Те-Кто-Превратился, и Хозяева Бездны! – Ху был непривычно серьезен. – Ах, Апоп, отец наш! Помилуй и спаси!
– Ой, что это? – пискнула шаманка, вторя ему.
И в самом деле, было отчего. При их приближении ворота начали медленно подниматься. Стало видно, что их нижняя часть выполнена в виде мелкоячеистой сетки, чтобы не мешать водам Урна протекать, при этом не впуская (или, наоборот, не выпуская?) никого.
Ладья рванулась вперед, буквально влетев под своды, и пассажирам оставалось только смотреть, как позади медленно опускается створка.
– Не может быть! – констатировал боцман, шевеля усами, фосфорически замерцавшими в сгущающейся тьме. – Ворота были запечатаны лучшими магами из ГУМ! Впрочем, если Ладья приплыла сюда, значит, так надо, – философски заметил он, успокаиваясь. – Ей лучше знать!
Словно в подтверждение его слов на носу, корме и у мачты вспыхнули яркие белые огни, рассеявшие тьму. И одновременно врата за кормой сомкнулись.