Принцесса подруге поверила. Сказала о другом.

– А если уцелеет воевода? Смертного врага наживешь.

– Говорю же, прослежу. Не убережется. Для того и велела сечь. Толпе запах крови нужен, чтобы разъяриться. Шум пройдет по городу. Сыщутся и бабы обиженные. Думаю этой ночи не переживет. В клочки порвут. Так и надо сволочи. В древности россы насильнику кишки вытягивали из живота и бросали любодея еще живого, с распоротым брюхом, голодным псам. Ишь, что творилось под его рукой? Пошаливали в Лесу? Купцы избегали этой дороги? Денег лишалась казна? А слава? Что шла о нас? О людях моих? Тьфу!

Ли поежилась. Зима перечисляя провинности отбивала ладонью злые хлопки по бедру. Гнев. Быть ноге синей. Себя сейчас правительница не жалела.

– Вот так. Вот так!

Лютая донельзя недовольная вскинулась со своего законного места - в ногах у княгини. Взволнованно закрутилась, подлезла под руку. Была тут же отпихнута.

– Кыш! Кыш тебе говорят.

Морда у собаки стала несчастной. Ли потянулась, неведомо почему, что за глупая идея? Погладила седую псицу. Сочувственно, нежно. Впервые прикасаясь к грозному сторожу. Уговаривая ее точно человека.

– Не грусти, ты не виновата. Ты замечательная. Лучшая собака, какую видела в жизни. Правда. Правда.

Опешив от дерзости невозможной Лютая дернулась было, рыкнула, прихватила страшными клыками чужую ладонь. Но не до крови. Легкие отпечатки оставив. Тут же выпустила. Фыркнула извиняясь. Сменила позу, подсовывая под тонкие пальцы морду и горло. Чтоб удобнее было чесать ее - мохнатую, жесткую под своей шкурой точно из дерева выточенную.

– Р-р-р.

Ворчливые нотки звучали теперь совсем дружелюбно. Ли старательно ласкала псицу, уделяя особое внимание ушам и затылку.

– Потрясающая какая собака. Самая лучшая на свете.

Та вдруг отстранилась, взглянула принцессе в лицо. Ли продолжала ворковать.

– До чего же сильная.

– Р-р-р?

– До чего же потрясающая. Храбрая какая собака.

Шептала принцесса поглаживая мощную грудь.

– Пушистая. Лапы, как у льва.

Псица смущенно и неумело ткнулась мордой в ладонь. Лизнула пальцы. Опять замерла. Все были заняты другим, никто внимания не обращал.

– Р-р-р.

– Тише.

Не оглядываясь, через плечо велела Зима. Решив, по привычке, что свирепая охранница кем-то недовольна. Ли последний раз погладила собаку.

– Умница. Какая ты умница.

Оставленная в покое псина с немного виноватым и одновременно блаженно счастливым видом, торопливо вернулась к ногам своей повелительницы. Свернулась. Замерла. Изреда бросая вверх на принцессу странные взгляды.

– ?

Княгиня подозвала к себе Клавдию.

– Сына твоего на ноги скоро поставят. Хочешь к мужу вернуться?

Она покачала головой.

– Тогда слушай. Много посольств зарядило в Моску. С Мавританского Востока, из Степи. А с толмачами у нас туго. Нужен грамотный человек, чтобы мог переводить письма. На скольких языках писать можешь?

Клавдия стесняясь, показала четыре пальца

– Молодец. Если хочешь, едем со мной. Положу тебе жалованье. Будешь работать.

Немая поклонилась низко, до самой земли. Выпрямляясь, прижала ладонь к сердцу. Скромно отодвинулась в сторонку. Неожиданно обрел голос - и немалый - Семен. Толпа еще и не думала расходиться, так что услышал почти весь город. Стоящие в передних рядах шепотом пересказывали тем, кто был слишком далеко.

– Выходи за меня замуж, Алена Михайловна. Не прячь глаза. Не вижу я за тобой вины. Одну беду только. Прошу как и год назад просил. Отказал мне тогда батюшка твой. Но ныне хозяйка тебе - ты сама. Уважь!

Алена тихо покачала головой.

– Знаю почему не хочешь. Суда людского боишься. Бабы станут языками молоть? Обязательно. А ты плюнь на них. Я мужик крепкий, прокормлю. В жизни бедой твоей не попрекну. Слово даю! Соглашайся. Год назад любил, и сейчас люблю! Бога ради, Алена Михайловна, пожалей сердце молодецкое! Выходи за меня!

В толпе расчувствовавшиеся бабы прижимали к глазам уголки платков. Кто-то правда пробурчал, что хоть невеста и тронутая, зато с приданым! И парень не прогадает. Семен злых речей не слышал, потому скулу на бок никому не поворотил. Алена продолжала молчать, но не так горестно. Княгиня постановила.

– Я здесь вместо посаженой матери. Придешь в терем, честь по чести у меня ее руки попросишь. А она подумает пока. Будет тебе ответ сегодня вечером, Семен - охотник.

– Осяду, не буду скитаться по лесам. Кузнецкое дело мне знакомо. Люди ведают. Прокормлю семью!

Княгиня изволила милостиво улыбнуться парню. Затем встала слегка наклонила голову. Обратилась к народу.

– Суд мой закончен. Призывают меня многие дела. Здравы будьте, люди добрые!

Раздалось нестройное.

– Здрава будь, матушка княгиня!