Дождь прекратился. Ветер разогнал облака, и в их разрывах горели яркие южные звезды. Помнится, нас учили определять по расположению звезд абсолютное положение мира во временном потоке, но эту премудрость я давно забыла.

Да и зачем? Так ли это важно?

Я не представляла, куда мы идем, даже не задумывалась над этим…

Мы просто шли по тихим, совсем несовременно выглядевшим переулкам. Иногда присаживались на скамейки в маленьких сквериках, чтобы спокойно поговорить или послушать играющие на тротуарах оркестрики. Вино приятно кружило голову.

— По-моему, таххари — не твой родной язык, — произнес он посреди разговора.

— Я что, как-то не так говорю? — Я была искренне удивлена. Лингвестр не мог неправильно переводить. Или эораттанская штучка начинала барахлить? Было бы скверно.

— Нет, напротив, твой таххарский безупречен. Но это, как бы сказать поточнее, ну, что ли, механическая правильность. Обороты, какие ты употребляешь, манера произносить слова… Одним словом, чувствуется что-то такое…

Некие смутные подозрения опять шевельнулись в моей душе. Как, интересно, он это почувствовал? Он что, какой-нибудь филолог? Или, может быть, это специальные навыки? Да, не хотелось бы встретить здесь коллегу.

— Ты, я вижу, удивлена моей наблюдательностью? Что ж, я ведь не всю жизнь был богачом. И полноправным гражданином тоже не родился. Впрочем, я думаю, есть более приятные темы для разговора, нежели наше прошлое…

Мы несколько раз заходили в кафе и ресторанчики, попадавшиеся нам на пути.

Сидели недолго, выпивали по рюмочке слабого вина, перебрасываясь ничего не значащими фразами, и шли дальше.

— Ты не устала, Тэльда? — спросил он, когда мы вновь садились в машину.

— Нет, совсем наоборот. Мне очень понравилось. Спасибо за приятную прогулку.

— Куда тебя отвезти?

— Отель «Речной», если не трудно.

У входа в отель я увидела своих спутников: то ли они ждали меня, то ли просто вышли подышать воздухом.

— Мне пора, всего доброго, — сообщила я ему.

— Когда и где мы встретимся в следующий раз? — спросил он, поймав меня за руку.

— Давай послезавтра вечером в том кафе, где были последний раз, — сказала я первое, что пришло в голову.

— Заметано, — улыбнувшись, кивнул он.

На прощание он протянул мне прямоугольник пластиковой глянцевой бумаги, на бледно-зеленом фоне которой шло несколько строк.

— По этому телефону ты можешь меня найти или, в крайнем случае, оставить сообщение.

Я еще раз пробежала глазами строчку знаков таххарского алфавита: номера телефонов здесь обозначались буквами, а не цифрами.

Жаль, что воспользоваться им мне не придется, точно так же, как и увидеться с Тцаром. Скорее всего. Впрочем, как знать? Ведь впереди еще два дня…

Мы втроем — я, Ингольф, и Дмитрий — стояли у дверей «Речного», пытаясь разговорить случайно затесавшегося в этом сухопутном городе морячка, остановившегося тремя этажами ниже и встреченного нами случайно в холле. Ничего конкретного мы от этого знакомства пока получить не рассчитывали, но кто знает? Во всяком случае, еще один из источников информации по интересующей нас теме не помешал бы.

Мы как раз договаривались о встрече сегодня вечером в баре на шестнадцатом этаже, когда Дмитрий дернул меня за рукав.

Я увидел Мидару, выходящую из машины — между прочим, одной из самых дорогих местных марок. Водитель довольно любезно попрощался с ней, протянув напоследок что-то.

Она подбежала к нам, улыбаясь. Моряк при ее виде церемонно раскланялся, приложив ладонь к сердцу, и тут же сообщил, что рад будет видеть ее вместе с нами. После этого он удалился.

— Кто это тебя подвозил? — спросил я.

— Так, один очень вежливый человек, кстати, не задававший лишних вопросов.

— Он что, готов продать нам корабль? — спросил я.

— Нет, — дернула плечами она, словно отмахиваясь от назойливой мошки. — Эту возможность я с ним пока не обсуждала… А это что за хмырь? — в свою очередь спросила она. — Ну, тот, который хотел бы меня видеть? Вы, случайно, его с собой забрать не хотите?

— Да нет, просто на всякий случай… Мореход все-таки…

— Мореход не мореход, а развлекать его вам придется самим, — сообщила наш капитан, как отрезала.

Мы поднялись к себе на этаж, и еще в лифте я забыл о спутнике Мидары, предавшись грустным мыслям о том, что, судя по всему, нам предстоит выбраться отсюда еще не скоро.

Наверное, мы сделали ошибку, размышлял я. С самого начала сделали. Нужно было прямо на острове не впадать в прострацию, а захватить любое из судов, стоявших в порту, и убираться из этого мира хоть к черту на рога… Только вот до ближайшего портала было чуть меньше суток хода, а полицейский катер на воздушной подушке догнал бы нас уже через час.