— Наконец-то! Чуть не сварилась в этих тряпках!

Замок на дверях гаража не стал долго сопротивляться ломику в руках Ингольфа, и мы было собрались пролезть внутрь, когда неподалеку раздались шаги и голоса двух человек, явно направляющихся в нашу сторону. Как по команде, мы выхватили оружие.

— Идиоты!! — прошипела Мидара. — Все погубить хотите?! Прячьте пушки и кидайте барахло в кусты.

Мы без раздумий повиновались.

Тем временем Мидара торопливо взлохматила волосы, так что они закрыли ей пол-лица, вытащила рубаху из штанов, подвернув ее так, что взору отрылся голый живот, а потом игриво положила руку на плечо Ингольфа, другой приобняла за шею Тронка.

Спустя несколько секунд на дорожке появились двое.

Первый был молодой человек с офицерскими плюмажами на оторочках лацканов лилового полицейского мундира. Второй — упитанный матрос лет под сорок в колпаке с одним рогом, вооруженный автоматом, впрочем, висевшим за плечом.

Могу вообразить, что за мысли пришли им в голову относительно наших планов, но уже в следующие секунды им стало не до этого.

Мидара вдруг, не разбегаясь, оттолкнувшись от плеча скандинава, подскочила почти вертикально вверх, на какой-то миг буквально зависнув в воздухе, и бросила свое тело вперед.

Уже в полете Мидара подтянула колени к груди и в неуловимое мгновение выпрямила ноги. Подошва ее изящного короткого сапожка врезалась в лицо офицера, другая нога ударила в грудь. Тот отлетел, наверное, метра на два, впечатавшись спиной в ствол столетнего дуба, и без сознания сполз вниз.

Моряк запоздало рванул автомат из-за спины, но наш капитан, едва приземлившись, на развороте ударила его ногой под мышку, одновременно хлестко врезав кулаком в челюсть. Вскрикнув, он повалился на землю, хватая ртом воздух.

Все происходящее не заняло и десяти секунд.

С разбитого лица недвижно лежавшего офицера полиции текла кровь, рядовой что-то жалобно стонал, пытаясь встать. Подскочивший Тронк успокоил его ударом ноги по уху.

Быстро обезоружив их и обыскав, мы затащили слабо дергающиеся тела в гараж, крепко связав и заткнув рты ветошью, в изобилии разбросанной по полу. При этом Тронк вытянул у офицера из кармана на поясе золотые часы, размером с небольшое блюдце. Остановить мародерствующего подчиненного у меня не было уже ни желания, ни времени.

В несколько секунд я обежал глазами полутемный гараж.

Неуклюжий грузовик с парусиновым желтым тентом на спущенных шинах, другой грузовик, раза в два меньше размером. Две легковушки — одна уже старая, когда-то, должно быть, дорогая, с вызолоченным фигурным радиатором и облицованным вытертой вороненой сталью корпусом, и поскромнее, похожая на знакомые мне джипы. Пара неуклюжих четырехколесных мотоциклов.

А вот и то, что нам нужно, — лучше и не придумаешь. Наверное, Бог или судьба сегодня были на нашей стороне.

У самых въездных ворот гаража стояла длинная, чем-то напоминающая упитанного крокодила с обрубленным хвостом, выкрашенная в маскировочный цвет машина с несколькими узкими люками на усаженных заклепками бортах и турелью на крыше.

Сзади выглядывал небольшой гребной винт.

Позади послышались сдавленный вскрик и короткий шум схватки. Когда я выскочил из машины, все было кончено. Секер Анк и Мустафа держали, завернув руки за спину, человека в черном комбинезоне, а Мидара приставила ему ко лбу дуло пистолета.

— Ты что тут делаешь? — спросила она полушепотом.

— Я механик… прошу, не убивайте, — сдавленно простонал бедняга.

— Хорошо, — бросила Мидара, — покажешь, как завести машину. Свяжите его.

У стены лежали штабелем, как шпалы или обрезки бревен, восьмиугольные бочки. Подойдя, Мидара выдернула пробку. Из отверстия полилась вязкая мутно-желтая жидкость — газойль. Именно на нем ездила местная тяжелая техника.

— Устроить, что ли, пожар? — подумала она вслух. — Нет, не будем поднимать лишнего шума…

Закинув на плечи столитровую жестянку, Ингольф поспешил к амфибии.

За ним, волоча такую же вдвоем и натужно дыша, тащились Орминис с Тронком.

Мидара вдруг словно что-то вспомнила.

— Стой! — Пистолет опять поднялся к бледному лицу механика. — В замке есть радиостанция?

— Н-нет… — выдохнул он.

— Ладно, поверим. А вообще связь с городом?

— Есть… — Язык его еле ворочался. — Тут недалеко, через два коридора… телефонный узел…

— Охрана?

— Нет… нет охраны… Зачем? Ох-х… Прошу, пощадите, у меня дети и мать-старуха… — Похоже, нашему пленнику стало дурно.