Искренне сочувствуя молодым людям, попавшим в лапы дона Морендо, сеньор Вальядос безо всякой задней мысли поведал им о жутких возможностях местной камеры пыток. Инесса белела и без сил прислонялась к стене. Джереми сжимал зубы, поглаживая затягивавшуюся рану. Артур довольно натурально валял дурака, но морозец то и дело пробегал по его спине.

Однажды в камеру прибежала заплаканная Инес.

— Сегодня утром вернулся дон Морендо! Отец узнал, что завтра за вас собираются взяться по-настоящему!

Артур переглянулся с побледневшим Джерри.

— У нас есть только один выход — побег, — задумчиво проговорил Суорд. — Но это фантастика…

— Отец передал, что знает подземный ход, который ведет к старым докам.

— К старым докам?! — Артур встрепенулся. Шлюпка! Она ждет их каждый день! Сейчас около десяти вечера. Есть время…

Вход в подземелье был в соседнем коридоре. К счастью, добраться туда с помощью Энрико удалось без приключений. Когда друзья уже проскользнули в узкий ход, тюремщик торопливо шепнул:

— Поспешите. Не понравилась мне что-то ухмылка моего напарника, когда я брал ключ от камеры…

Будто в подтверждение этих слов в коридоре гулко прозвучали торопливые шаги. Артур и Джерри, едва успев поблагодарить старика, включили третью скорость. Погоня не замедлила последовать, но друзьям повезло: они успели проскользнуть узкую часть хода и смогли встать на ноги, тогда как испанцы ползли по ходу на четвереньках и отчаянно ругались, царапая стены тяжелыми кирасами. Пленники почти ушли уже от погони, но Фортуна снова повернулась спиной: на одном из последних поворотов Артур на полном ходу врезался раненным плечом в выступ стены. Незажившая рана открылась. От резкой боли у Суорда потемнело в глазах. Ноги его подломились, и, сделав еще пару шагов, он упал, больно ударившись коленом о камень. Джереми кинулся к другу.

— Артур!!!

Суорд попытался встать, но тело не слушалось.

— Ты должен уходить, Джереми!

— Я тебя не оставлю.

— Джерри! Мне некогда тебя уговаривать, — Артур снял с шеи кассету с микропленкой. — Ты должен добраться до Блада и передать ему все, что знаешь. А Ксаву ты отдашь эту ладанку. Запомнил?

— Один я не пойду, Артур! — голос Джерри дрогнул.

— Отставить разговоры, лейтенант Питт! Извольте повиноваться старшему по чину! Блад ждет сведений. Доставить их в состоянии сейчас только ты. А ложное благородство прибереги для следующего раза. Это приказ, Джереми! — Суорд прислушался. Приближалась погоня. — Уходи!

— Артур!

— Иди, я сказал!!! — Суорд вынул пистолет.

— Есть, капитан! — с болью в голосе пробормотал Джереми и, уже уходя, крикнул: — Мы вернемся за тобой, Артур!

Суорд хмуро усмехнулся и разрядил пистолет в сторону появившихся испанцев.

От сильной зуботычины Артур отлетел к стене, в который раз треснувшись многострадальным плечом. Он с трудом сел и мотнул головой, пытаясь унять звон в ушах. «Зуб, кажется, приказал долго жить», — фаталистически подумал Суорд. Он не понимал сейчас лишь одного: почему комендант вместо того, чтобы не долго думая выполнить свое обещание и отдать «наглого юнца» в руки палачей, уже неделю ограничивается лишь холодом и сыростью карцера да не особо зверскими побоями. Впрочем, поди знай, что хуже: пыточная камера или беспросветная томительная неизвестность? Последние дни Артура уже так измотало это тягучее ожидание, что он стал откровенно издеваться над доном Аугустино: сочинять анекдоты и эпиграммы, петь лихие песенки и прочими способами пытаться сдвинуть ситуацию с мертвой точки хоть в какую-нибудь сторону. Но тщетно. Комендант твердо решил сохранить Суорда в целости и сохранности. Для чего? Артур терялся в догадках. Он только что отпустил в адрес «высокого начальства» такую шуточку, что, будь это на «Тайне», он бы сам себя отправил трое суток мыть гальюн. А в ответ — только затрещина. Впрочем, сегодняшняя беседа с комендантом отличается разнообразием — в его кабинете появилось новое лицо — толстый, как тюлень, монах-доминиканец. Похоже, дело запахло горелым мясом! Тогда о чем же так долго и яростно препирается разъяренный дон Морендо с этим охотником за ведьмами? Пауза в «воспитательном моменте» могла оказаться занимательной. Суорд опять со злостью встряхнул головой — звон в ушах мешал сосредоточиться…

— А я говорю, он пойдет на виселицу! И не суйте мне в нос ваше распятие, падре! Я сам добрый католик и могу цитировать Писание не хуже вашего. Но мальчишка — пират, и он будет повешен!

— Вы забываетесь, сын мой! Так ведь недолго угодить в святую инквизицию вместе с вашим подопечным! — шипел въедливый голос. — Он-то, может, и пират, но без дьявола здесь не обошлось. Откуда у него эти часы? Вы заглядывали внутрь? Нет? Так загляните, упрямец вы эдакий! Разве делают такую механику благочестивые мастера? А из какого металла, по-вашему, застежки на его одежде? А почему он не кричит и не просит пощады? Или вам неизвестно, что пособники Сатаны не чувствуют боли? А может, вам знак ом язык, на котором он творил заклинания? Ибо каждому ясно — это не что иное, как заклинание…

Артур потрогал языком разбитую губу.

— Это уж точно — клял тебя во все корки, — по-русски пробормотал он.

Комендант сбавил тон, но ослиного упрямства в его голосе не уменьшилось:

— Да какая вам разница, будет он сожжен или повешен? Конец один, а с меня губернатор решительных действий требует. Пираты совсем распоясались, ничего не боятся! Виселица — очень неплохой урок для таких, как он, — Морендо, не глядя, пнул Суорда. — Я бы давно его вздернул, если бы не ждал со дня на день адмирала Мигеля де Эспиноса-и-Вальдес. Этот пес Блад когда-то погубил его брата — дона Диего [21] . Вы же понимаете, падре, какой подарок адмиралу казнь любимчика проклятого пирата!