– Пройдет много лет, прежде чем я прикоснусь к любому бифштексу, как хорошо прожаренному, так и с кровью, – ответил я.

Мы смертельно устали и, несмотря на то что возвращались победителями, едва доплелись до библиотеки, где оставили Харольда и Гленду. Я и раньше замечал, что работа с энергетическими полями и силовыми линиями отнимает силы. Это становится заметно после того, как все магические действия заканчиваются.

Войдя в помещение, я первым делом увидел, что Харольд развязал Гленду и она сидит напротив него на единственном стуле.

Кроме того, я увидел, что наш хозяин держится более уверенно, чем раньше.

– Входите, входите, друзья мои! – произнес он, улыбаясь от уха до уха. – Сдается мне, что настало время для поздравлений. Все указывает на то, что вам удалось положить конец заклятию графа Жвачника.

– В нашей повестке дня должны быть не только поздравления, – мрачно сказал Ааз, скрестив на груди руки. – Прежде всего мы хотели бы услышать от вас кое-какие объяснения. Той сказки, которую вы нам рассказали, для нас недостаточно.

– Охотно, – ответил Харольд, широким жестом предлагая нам занять антикварные кресла. – Насколько я догадываюсь, вы уже смогли заметить, что мой рассказ не совсем полон.

– Я бы выразилась несколько иначе, – сказала Танда. – В вашем повествовании концы с концами не сходятся.

– Совершенно верно, – радостно согласился Харольд. – Разъясняя ситуацию, некоторые несущественные моменты я опустил и ряд мелких деталей слегка исказил.

– Почему бы вам сейчас не восполнить эти пробелы? – сурово проговорил Ааз. – А мы уж сами как-нибудь определим, насколько существенны пропущенные вами моменты и как сильно вы исказили детали.

– Хорошо. Для вас все, возможно, станет яснее, если я скажу вам, что меня зовут вовсе не Харольд. Я не кто иной, как сам граф Жвачник.

– Вампир?! – воскликнул я, не в силах скрыть охвативший меня ужас.

– Да, я – граф, – ответил Харольд/Жвачник. – Но уже не вампир. И в этом, пожалуй, заключена самая суть дилеммы, с которой я столкнулся. Возможно, вы помните ту часть моей истории, в которой я говорил о моей наставнице Лейле. Так вот, она своим искусством смогла помочь мне подавить инстинкты вампира и привила любовь к нормальному человеческому образу жизни. Однако следует признаться (уверен, что вы меня поймете), для практикующего мага нормальной жизни в обычном понимании быть не может.

Я хотел было заявить, что целиком и полностью поддерживаю последнее замечание графа, но воздержался, поскольку Жвачник продолжал свой рассказ:

– Мы вернулись в это измерение, чтобы обратить моих бывших сотоварищей-вампиров в обычных людей и тем самым позволить всем обитателям измерения жить без страха, как братья. Однако, к моему величайшему сожалению, остальные вампиры не поддержали мои гуманистические взгляды и не пожелали отказаться от роли хозяев и правителей. После этого я предпринял попытку поднять людей на борьбу, но результат схватки оказался для меня плачевным. Моя наставница погибла, а я оказался в заточении. Подавил восстание не кто иной, как Убальд. Во всем остальном мой рассказ был совершенно правдив.

– Но почему вы не рассказали все это сразу? – спросила Танда. – Мы бы охотно вступили в борьбу за правое дело.

– Возможно, – печально кивнул Жвачник. – Но опыт всей моей жизни говорит о том, что люди охотнее оказывают помощь своим ближним, руководствуясь алчностью, а не высокими побуждениями. Особенно справедливо это утверждение, когда речь идет об оказании помощи вампиру или обращенному в человека вампиру.

– Именно, – вмешался Ааз, – и насколько мне помнится, мы слышали от вас упоминание о вознаграждении.

– Что я могу на это сказать, – развел руки в стороны Жвачник. – Я совершенно искренне предлагал взять вам столько золота, сколько вы можете унести. В этот момент я никак не мог предположить, что в ходе снятия коровьего заклятия вы превратите все золото в свинец.

Я осмотрел помещение и убедился, что граф говорит правду. Там, где ранее сверкали золотые инкрустации, тускло поблескивал какой-то серый металл.

– По правде говоря, – продолжал граф Жвачник, – я очень надеялся на то, что вы поживете здесь некоторое время, чтобы помочь мне возродить измерение Коро-Вау к жизни. Вы много путешествовали по измерениям, и ваши знания в совокупности с вашим опытом могли бы принести моему народу неоценимую пользу. И в конечном итоге мы могли бы придумать нечто такое, что полностью компенсировало бы ваши труды и затраты.

– Кажется, мне пора, – сказала Гленда, поднимаясь со стула. – Воссоздание миров не входит в число моих любимых занятий. Хватит множить убытки. Настало время отправляться домой.

– Что?! – изумилась Танда. – Ты удаляешься, не получив своей доли?

– Тоже мне доля, – презрительно фыркнула Гленда. – Доля от ничего есть ничто.

– А как быть с теми процентами, о которых мы договаривались? – спросил я.

В помещении повисла мертвая тишина. Все смотрели на меня в немом изумлении.