Одной из самых главных задач мы с самого начала считали вовремя предупредить людей о надвигающихся на них природных катаклизмах вроде печально знаменитого землетрясения в Италии, случившемся в одна тысяча девятьсот восьмом году. Тогда были разрушены два города — Мессина и Реджо-Калабрия, а число погибших превысило сто тысяч человек. Если люди будут заблаговременно эвакуированы из опасной зоны, то это уже будет большой победой, а ведь таких катаклизмов за всю историю двадцатого века было немало. Поэтому мы считали своим долгом сделать все возможно, лишь бы люди были спасены, но первым делом собирались во что бы то ни стало не дать разгореться революции девятьсот пятого года, предотвратить восстание на броненосце "Потёмкин", а также еврейские погромы. На эти цели мы собирались истратить чуть ли не половину наполеоновского клада, причём хотели направить эти деньги на помощь беднейшим слоям населения и голодающим крестьянам.

В общем начать мы решили в первую очередь с благотворительности, а также с зачистки страны от революционных агитаторов и террористов. Никакой жалости мы к ним не испытывали и намеревались сразу же уничтожить самых одиозных типов. Такие деятели, как Борис Савинков, Камо, Сталин, а также идеологи революции и некоторые другие господа вроде Максима Горького, были для нас смертельно опасны, а потом и наша решение было единодушным — ликвидировать их как можно скорее без малейшего сожаления. Русские революционеры были далеко не единственными, кого мы собирались ликвидировать. Доподлинно зная, как готовились все эти революционные потрясения, в течение первого же года мы собирались уничтожить по всему миру несколько тысяч человек и это были не одни только революционеры и террористы, но и некоторые государственные деятели.

Мы прекрасно понимали, что тем самым не изменим общую картину мира и умонастроения сильных мира сего, бунтовщиков всех мастей, а также властей предержащих, но этот гнойник нужно было обязательно вскрыть. От рук террористов в одной только России ещё до начала Первой мировой войны погибло почти двадцать тысяч человек, а потому и мы решили не щадить их. Тем более, что нам были известны имена истинных вдохновителей революционного террора и это были вовсе не пресловутые жидомассоны. Как ни старалась группа наших аналитиков найти этот самый центр заговора против России, так и не смогла. Самыми главными вдохновителями и идеологами террористов оказались на самом деле буквально все правящие верхушки подавляющего большинства стран. Их алчность и ненависть к черни как раз и породили ответную реакцию в виде мирового революционного движения, а "Капитал" Карла Маркса из сугубо научного труда быстро превратился основу их идеологии, но с таким же успехом они могли использовать любую другую книгу. Хоть справочник по акушерству и гинекологии.

В общем была бы шея, а хомут найдётся. Уже только потому, что у множества господ глотки были шире шеи, Первой мировой войны было не избежать и как мы не старались, так и не смогли её предотвратить, ведь гонка вооружений уже началась и никто не собирался её останавливать. Тем более, когда больше половины мира представляла из себя колониальные владения европейских стран. Россия в этом ряду выглядела белой вороной, хотя и в этой стране также имелись свои собственные колонизаторы — дворяне, народившаяся уже буржуазия и купечество. Ну, а так как их просто некому было приструнить, так как во власти окопалось очень уж много казнокрадов и не смотря на борьбу с коррупцией, которая велась не в пример лучше, чем наше время, они наносили стране огромный вред. Им под стать были "молодые волки" капитализма, набиравшего в России силу.

Мы прекрасно понимали, что максимум, что мы сможем сделать, это, устроив "Ночь бесшумной стрельбы", понизить уровень общей опасности и потому заранее составили "расстрельные" списки и определились с тем, кого и где ликвидировать уже через две с половиной недели после нашего десантирования. Отстрел этот должен был стать разовым и вот почему — если не ликвидировать все враждебные элементы одновременно, то второго шанса они нам уже не дадут, так как мигом разбегутся во все стороны и так залягут на дно, что мы их потом уже не сможем найти. Увы, но в силу темпорального дифферента, равного пятнадцати годам в обе стороны, а в прошлом он будет действовать и вовсе только в одну, быстро найти этих господ мы уже точно не сможем.

Двух с половиной недель было вполне достаточно, чтобы изготовить надёжные глушители к револьверам и всего за одну ночь провести ликвидацию самых опасных врагов нашего дела по обе стороны баррикад и не в одной только России. У нас хватало опытных специалистов, чтобы провести зачистку чуть ли не во всём мире, но этого не требовалось и мы ограничились Россией, странами Западной Европы, а также Нью-Йорком в Северной Америке и тремя странами В Южной. Ни у кого из моих друзей это не вызвало не то что возмущения, а даже просто осуждения. Хотя нет, кое чем они всё же возмущались. Например тем, что число лиц, определённых к ликвидации, оказалось так невелико и что всех тех, кто сидел в это время по тюрьмам, мы не стали ликвидировать, чтобы не засветиться.

Ну, а чтобы по этому поводу в газетах не поднялся слишком уж большой шум, мы решили погасить его направленным информационным взрывом. Естественно это могло стать только одно единственное событие — извлечение из-под земли князем Горчаковым наполеоновского золота. Мы решили придать этому событию вид самого настоящего шоу, причём такого, что Россия после него будет ликовать не одну и не две недели. Великая сила халявы должна была нас выручить, но на этот раз мы намеревались использовать её во благо. Злом ведь халява становится только тогда, когда чего-то даётся слишком уж много и при этом тому, у кого и так всё есть. Ну, а когда речь идёт просто о благотворительности и помощи тем, кто в этом действительно остро нуждается, то это уже разумная и грамотная социальная политика, а также весьма сильная оплеуха власти и богачам.

К двадцатому маю по современному календарю, России одна тысяча девятьсот пятого года это было седьмое мая, мы были полностью готовы к тому, чтобы отправиться в одна тысяча девятьсот пятый год навсегда и тем самым начать новую эпоху в истории развития Человечества. Хотя это и звучит слишком уж громко, но так оно и было. Задерживаться в Белоруссии уже не имело смысла. Эта маленькая страна была переполнена беженцами из России и всё, что мы могли сделать, это попросту не дать им всем появиться на свет в той ипостаси, в которой они пребывали. Как это ни странно, но очень многие люди родились именно такими, какими мы их знали когда-то, но только внешне, так как судьбы у них были совершенно другие, да, и судьбы многих людей, таких, как тот же Александр Блок или Сергей Есенин, изменились самым радикальным образом.