— Огромное спасибо. И… и прошу вас извинить Говарда… Ему пришлось уйти во время церемонии… Что - то с желудком, — Кики неопределенно повертела рукой перед животом. — Сожалею, что так получилось.

— Ну что вы, — покачал головой Монти. Он еще раз бегло им улыбнулся и направился к другим гостям. Кики с мальчиками смотрели ему вслед. Через каждые несколько шагов его останавливали соболезнующие, и он со всеми разговаривал столь же вежливо и терпеливо, как только что с Белси.

— Какой человек! — восхищенно сказала Кики сыновьям. — Широкой души, не то что… — прибавила она и сразу оборвала себя, вспомнив о недавнем решении не критиковать мужа в присутствии детей.

— Нам что, еще и туда тащиться? — спросил Леви, но не удостоился ответа.

— И о чем только он, черт возьми, думал? — вдруг взвилась Кики. — Как можно уйти с похорон? Что у него с головой? Как можно было так… — Она снова пересилила себя и замолчала. Сделала глубокий вдох. — Кстати, где носит Зору?

Взявшись за руки, они пошли вдоль стены. Зора у входа в церковь разговаривала с ладно скроенной чернокожей девушкой в дешевом темно-синем костюме. На голове у собеседницы был модный шлем выпрямленных гладких волос, к щеке лепился завиток. При виде такого великолепия Джером и Леви сделали стойку.

— Шантель — новая задумка Монти, — поясняла тем временем Зора. — Я так и поняла, что это ты. Мы вместе ходим на семинар поэзии. Мам, это Шантель, помнишь, я часто тебе о ней рассказывала?

И Шантель, и Кики сильно удивились.

— Новая задумка? — переспросила Кики.

— Мы с профессором Кипсом — прихожане одной церкви, — чуть слышно сказала Шантель. — Он попросил приехать и помочь ему здесь на каникулах. На Рождество у него много хлопот, надо успеть до праздника собрать пожертвования для всех нуждающихся островов… Сейчас и правда хорошее время… — прибавила Шантель, но вид у нее был несчастный.

— Значит, ты в Грин-парке? — выступил вперед Джером (а Леви сдал назад, потому что даже после столь недолгого общения стало очевидно, что эта девушка не для него. Несмотря на свои имя и внешность, она принадлежала Джеромову миру).

— Что? — спросила Шантель.

— В Грин-парке офис Монти. Там Эмили и все остальные.

— Ах, да, конечно, — сказала девушка, но ее губы так отчаянно задрожали, что Джером мгновенно пожалел о своем вопросе. — Я просто немного помогаю… То есть должна была помогать. Но теперь, наверное, придется завтра уехать домой.

Кики тронула ее за локоть.

— Зато на Рождество ты будешь с родными.

Шантель выдавила улыбку. Чувствовалось, что в ее

семье Рождество не самый веселый праздник.

— Бедняжка, ты приехала, а тут такие ужасные события…

Кики была бы не Кики, не прояви она столь привычного для ее детей сочувствия. Шантель, однако, не ожидала такого участия. Она разрыдалась. Кики обняла ее, прижала к груди.

— Милочка… Ну что ты… Все хорошо. Все хорошо, моя дорогая. Не надо так… Все хорошо.

Девушка тихонько отстранилась. Леви ласково по-, трепал ее по плечу. О такой девушке хотелось позаботиться, хоть как-нибудь.

— Ты едешь на кладбище? Хочешь, давай с нами.

Шантель шмыгнула носом и вытерла глаза.

— Спасибо, мадам, но мне нужно домой. То есть, в отель. До этого я жила в доме сэра Монти, — она тщательно выговорила этот титул, диковинный для американского уха и языка. — Но теперь… Ничего, как я уже сказала, я все равно завтра уезжаю.

— В отель? Лондонский отель? Родная, но это безумие! — воскликнула Кики. — Переночуй у нас, мы живем у друзей. Тебе всего-то одну ночь. Зачем платить бешеные деньги?

— Нет, это не я… — Шантель осеклась. — Мне нужно идти, — сказала она. — Приятно было познакомиться. Мне очень жаль… Зора, увидимся в январе. Приятно было пообщаться, мадам.

И, кивнув на прощание, она торопливо пошла к воротам. Белси медленным шагом направились следом, то и дело оглядываясь в поисках Говарда.

— Не может быть. Он ушел! Леви, дай мне свой мобильник.

— Он здесь не ловит, наверное, я роуминг не подключил или что там нужно.