— Ну давай, колись, чего ты тут делал? — в глазах рыжего я увидел странную серьезность. Однако отчитываться перед ним я не собирался.

— Да пошел ты!.. — выдернул плечо из его цепких пальцев и быстро двинул к выходу, слыша за спиной хихиканье этих кретинов.

Но далеко уйти я не сумел. Рыжий догнал меня и снова схватил за локоть. Зря он это сделал — у меня же рефлексы… Я же не зря несколько лет на карате ходил.

Короче, врезал я ему по голяшке со всей дури. А потом уже подумал и испугался. Мне вовсе не хотелось никого бить и вообще ссориться с обитателями этого места.

Ох-х… — рыжий пошатнулся, но устоял. — Парень, ты чего? Псих что ли?

Самое забавное, что локоть мой он так и не выпустил. А я больше не стал делать попыток освободиться. Ярость внутри вдруг разом потухла.

— Псих, — сказал я, глядя рыжему прямо в глаза. — Оставь меня, ради бога.

Он растерялся, а я быстро выдернул руку и, распахнув дверь, оказался на улице.

Ну их в задницу, этих голубков.

На ходу поправляя одежду, я почти дошел до выхода в подворотню, когда услышал окрик:

— Эй, подожди! Пожалуйста!

— Меня зовут Алекс, — сказал рыжий, качнув пивную бутылку за горлышко. Я сидел рядом с ним на диванчике в углу бара и смотрел в стол. — А тебя?

Блин, хороший вопрос!

Ну, в конце концов, я ведь не собирался устраивать маскарад. Глупо это. Потому что если присмотреться, у меня под просторной рубашкой все равно прекрасно были видны сиськи. Бандажи я больше не носил, после того, как однажды едва не грохнулся в обморок от недостатка воздуха. Да и вообще… даже месяца не прошло с того момента, когда я выкинул все женские тряпки.

Выкинуть-то выкинул, но парнем от этого не стал. Тело не изменишь. Никуда не денешься от него.

Про операции я что-то слышал краем уха, но для меня это были жуткие страшилки. Я врачей боялся до колик в животе. Значит, надо было жить таким, какой родился. А родился я девчонкой.

— Света… — мрачно буркнул я. И еще ниже опустил голову.

— Да ну?! — рыжий вдруг ухватил меня за плечи и развернул к себе. Мы уставились друг на друга. — Е-мае… сколько раз трансов видел, но про тебя не догадался… Старею, епта!

Я ничего не ответил. Чего тут говорить?

Алекс еще немного меня поразглядывал и отпустил.

Сам он тоже выглядел как обычный парень, сразу и не скажешь, что педик. Скорей уж, рыжий походил на моих знакомых дизайнеров из Москвы: такая же модная 'растрепанная' прическа, волосы, крашеные в ультра-яркий цвет, стильные узкие очки в черной пластиковой оправе и эта дурацкая сережка в виде шара на веревочке… которая очень выгодно подчеркивала правильность его лица. И никакой 'сладковатости'. Вполне себе мужской взгляд, фигура и повадки.

Алекс покусал кончик незажженной сигареты и вдруг выдал:

— По-моему, тебе надо сменить имя, чувак. На Свету ты никак не тянешь. Да и не хочешь тянуть, если я правильно понимаю. А?

Я кивнул.

Да уж, понимал он все очень правильно.

— Знаешь… — задумчиво произнес Алекс, — я думаю, тебе стоит познакомиться с парой человек… Они сюда иногда захаживают, правда не часто. Трансы вроде тебя.

— Трансы? — наверное, у меня было очень озадаченное лицо.

— Ну да. А что тебя удивляет? Это же клуб не только для геев и лесби, тут и бишки тусуются, и трансы иногда заглядывают.

Я молчал. Пытался понять, что вообще происходит. Почему мне надо общаться с какими-то трансами… Я слышал, конечно, раньше это слово, но как-то не горел желанием заводить знакомства с парнями, которые переодеваются в девок.

Собственно, эту мысль я и выдал Алексу спустя пару минут.

В ответ получил еще одну изумленную реплику:

— Е-мае!.. Да ты, видать, совсем еще маленький. Ничего не знаешь толком. Женские шмотки носят трансвеститы. А я тебе предлагаю с трансгендерами встретиться.

— Ну… — я боялся сесть в лужу, но все-таки спросил, — и чем они отличаются?

И тут Алекс заржал. Впервые за все время он все-таки повел себя как скотина. Хорошо, что в крошечном баре никого кроме нас двоих в этот момент не было. Даже бармен куда-то скипнул, наверное, на кухню.

Я встал, чтобы наконец уже уйти, но этот рыжий голубь с неожиданной силой дернул меня обратно на диван и вдруг заговорил очень спокойно:

— Малыш, извини. Я, кажется, все про тебя понял. А вот ты сам — нет. Скажи, ты ведь хочешь быть парнем, так?