— Очевидно, что наступление предпринято с целью восстановления господства ЮАР в нашей стране. Но Намибия не сдастся. Нас не сломить. Мы призываем Совет безопасности ООН безотлагательно оказать нам помощь в отражении агрессии.

На экране вновь возник ведущий, на этот раз на фоне Белого дома.

— В Вашингтоне Государственный департамент выступил с заявлением, осуждающим действия ЮАР. Ожидается, что сегодня же Белый дом подготовит собственное заявление.

Сообщается также, что в результате введенных президентом Форстером усиленных мер безопасности в самой ЮАР происходит рост внутренней напряженности…

Ночь опустилась на Луанду почти незаметно.

Единственная лампа под абажуром отбрасывала тени на стены кабинета генерала Антонио Веги. Генерал ужинал в одиночестве, обдумывая последние разведданные, поступившие из Виндхука. Четкая картина еще не сложилась, хотя одно было абсолютно ясно: молодая намибийская армия терпела поражение, и ее полный крах мог наступить довольно скоро. И это в войне, которая началась всего день назад.

Он был страшно раздражен, когда в дверь просунулась голова капрала Гомеса. Капрал пришел сообщить, что генерала вызывает посол. Опять!

Вега тихо выругался, сложил в аккуратную стопку все донесения разведки и вышел за дверь. Гомес следовал за ним.

Окна кабинета Техеды выходили в освещенный электричеством внутренний дворик — надежная защита, если вдруг кому-то из многочисленных ангольцев, недолюбливавших своих так называемых союзников, захочется пострелять. Теперь посол был одет по полной форме, хотя выглядел гораздо хуже — сказывался недосып и тяжелая работа в течение дня.

Техеда поднял глаза от какой-то депеши, которую внимательно изучал.

— Мы получили новый приказ, генерал. — Голос его звучал высокопарно, почти комично, но Вега знал, что он говорит совершенно серьезно. Посол никогда не шутил по поводу распоряжений Гаваны — это было вредно для здоровья.

Вега взял у него телеграмму. Она была краткой, как все важные документы.

«Куба берет на себя обязательство оказать интернациональную помощь намибийскому народу для отражения империалистической агрессии ЮАР. В соответствии с договоренностью, достигнутой сегодня днем с правительством СВАПО, предполагается участие кубинских частей в боевых действиях против расистских оккупантов».

Техеда кивнул.

— Это сообщение передаст радио Гаваны, — он посмотрел на часы, — примерно через полчаса. У меня прямые указания для вас. Из министерства обороны.

Еще одна телеграмма. На этот раз немного длиннее.

«Район ответственности генерала Антонио Веги распространяется теперь и на Намибию. Используйте имеющиеся войска и подкрепление (см. Приложение) для помощи СВАПО в разгроме оккупационных сил ЮАР».

Далее следовал список частей и примерное время их прибытия. У Веги закружилась голова: истребители, бронетанковые силы и отборные части пехоты — Фидель явно решил бросить в бой против ЮАР цвет кубинской армии!

Но кое-какие проблемы все-таки оставались. Он поднял глаза и встретил внимательный взгляд Техеды.

— Товарищ посол, а русские согласились оказать нам поддержку? — Вега выдавил это сквозь зубы. Подобная постановка вопроса уже сама по себе подчеркивала зависимость Кубы от партнера, который становился все менее надежным.

Присутствие кубинской армии в Анголе было возможно лишь благодаря тому, что советская транспортная авиация и флот снабжали ее всем необходимым и тем самым поддерживали ее боевую мощь. У самой Кубы было всего несколько кораблей и небольшое количество легких транспортных самолетов — совершенно недостаточно для того, чтобы снабжать солидный военный контингент за тысячи миль от собственной территории. Так что ни одно из щедрых обещаний Кастро не могло было быть выполнено без широкой поддержки со стороны Советов. А у Веги практически не оставалось иллюзий относительно верности Москвы своим заморским братьям по классу.

Техеда едва заметно улыбнулся. Он разделял презрительное отношение генерала к советским оппортунистам.

— Как это ни странно, товарищ генерал, но Москва с пониманием отнеслась к нашей просьбе. Министр обороны Петров лично позвонил Фиделю и заверил его, что в наше распоряжение будут предоставлены четыре грузовых судна и двадцать транспортных самолетов «Ил».Из России нам направлены самые современные модели «МиГов» —они должны прибыть в течение двадцати четырех часов.

Невероятно! Весьма щедро с их стороны, особенно что касается истребителей. «МиГи»,состоящие на вооружении кубинской армии, не были рассчитаны на такую дальность полетов, чтобы пересечь Атлантику, а переправка их на кораблях заняла бы не меньше недели, хотя нужны они уже сейчас.

Да, весьма, весьма щедро! Что на самом деле даже странно.

В последнее время поддержка СССР политики Кастро в Африке стала в лучшем случае вялой. Увязнув в болоте собственных внутриполитических и экономических проблем, Кремль постепенно начинал высказывать недовольство тем, что ему приходится платить за кубинский сахар намного выше мировых цен. А только это и удерживало на плаву разваливающуюся кубинскую экономику.