Ирина дотащила его до дивана в гостиной, подняла веки, пощупала пульс. Все это она видела не один раз: и мать, и отец умерли рано, оба от инсульта. Но у них была она: Ира ухаживала, лечила, вызывала врачей, оформляла в стационар. Что делать одинокому человеку, если он останется жив, но станет практически недееспособным?.. Что с ним будет? Из больницы максимум через месяц выкинут по-любому. Ирина дотронулась до лба Алексея, положила ладонь на пульсирующую жилку на шее. Мелькнула мысль. Если ему чуть-чуть помочь, смерть будет естественной, и это решит все его проблемы. Именно его. Ирина сейчас сольется навсегда из этой истории, постарается никогда о ней не вспоминать… И на нее никто никогда не выйдет. Пожалуй, она не будет звонить в «Скорую». Но и помогать ему уйти не станет. Зачем ей этот грех во спасение? Она просто уйдет. В конце концов, все бог видит, пусть он и решает, закончилась эта жизнь или несчастный еще не домучился.

Ирина решительно выпрямилась, положила ключи на столик рядом с диваном и направилась к двери. На пороге не удержалась и оглянулась: он смотрел на нее!

Юля с полными пакетами позвонила в дверь Валерия. Он сразу открыл.

– Привет. И что ты притащила? Ты, случайно, не дилером подрабатываешь? Товар впариваешь?

– Здравствуй. Может, пустишь? Нет, это не товар. То есть – продукты для тебя. Пока твоя мама во Франции, я решила тебя подкормить. Ты ж на улицу стесняешься выходить, а есть нужно. Кстати, ты намного лучше выглядишь.

– За комплимент особое спасибо. А насчет еды – ну, ты меня потрясла. Есть очень хочется. Я вылизал все банки с мамиными заготовками на зиму. Тошнит уже от этих овощей-фруктов. Ты действительно нормальную еду принесла? Но я готовить не умею.

– Так я и принесла полуфабрикаты. Неплохие. Котлеты киевские, стейки семги. Разогреешь, и все. Могу я разогреть, у меня еще обеденный перерыв не кончился.

– А что: разогрей. Поедим вместе. Я, правда, с этими зубами, в смысле без них. Ты только не смотри, как я ем.

– Ну, и ничего страшного. Я порежу на маленькие кусочки… Ой, слушай, мне так плохо, когда ты это говоришь… Давай просто обедать.

Юля быстро засунула покупки в холодильник, стейки – в микроволновку, подумала и порезала хлеб на мелкие кубики, обжарила их на сковородке. Заварила чай, разложила на блюде пирожные тирамису… Хорошо, что такие взяла. Она ведь про зубы забыла совсем. С котлетами она промахнулась, выходит. Хотя можно их совсем раскрошить.

За обедом Валерий разговорился, перестал стесняться своей речи. Рассказал о коллекциях редких книг и фильмов. Объяснил, что мать уехала во Францию писать очередную книгу, – она у него писатель.

– А ты ей рассказал?

– Ну, как. Откорректировал. Сказал, что хулиганы ночью напали, немного нос подпортили, губу. Она деньги прислала на операции.

– Почему не приехала?

– Да я сказал, что чувствую себя нормально, сам могу ездить, просто надо лицо подправить… Слушай, твой парень меня изуродовал, а ты маму мою осуждаешь? У нее своя жизнь, она со мной считается, помогает, но я не могу ее планы рушить. Да мне сейчас одному даже лучше, пойми.

– Поняла. Значит, вот что я придумала. Есть один стоматолог хороший, у нас полбанка у него зубы делает. Я тебя к нему запишу. Чтоб ты не передумал от страха, сама отвезу.

– Да уж. От слова «стоматолог» у меня ноги отказывают. А что, твой Коля в банк заходил? Почему у половины сотрудников возникли проблемы с зубами?

– Шутки у тебя… Просто люди сейчас делают хорошие зубы, если свои не нравятся. Как будто ты не знаешь. А у тебя… Ой, глупости какие в голову лезут. Чуть очередную не сморозила.

– Ты хотела спросить: у меня хорошие зубы были? Те, что в парке остались. Ну, ты даешь, – Валерий от души рассмеялся, закрыв рот салфеткой.

Юля посмотрела на него и тоже осторожно фыркнула, потом залилась смехом, который обычно разбирает людей из-за какой-то неловкости в деликатной ситуации.

Посуду она мыла уже на бегу. В прихожей, торопливо влезая в куртку, назидательно сказала:

– Ты, значит, ешь, спи, отдыхай, а как только нас к дантисту запишут, мы поедем, понял?

– Конечно, Юлька, – он потянул ее за рукав, чтоб не вылетела из квартиры. – Ты такая классная девка. Думаешь, я к тебе просто так пристал тогда? Да я по делу туда пришел, книжника одного искал. Я кадриться не привык…

– Валера, не надо, а? Я замужем, все такое. Ну, ты же знаешь.

– Мужа любишь?

– Конечно. Очень. Но у нас сейчас неприятности, в общем, я об этом не хочу говорить.

– Плохо, что неприятности.

– Да, ужасно. Но от меня в данном случае ничего не зависит, только мешаюсь… Так что мы с тобой спокойно все дела сделаем. Я побежала. Звони.

– Да. Я все к тому сказал, что… Если б я знал, что получится, все равно бы к тебе пристал. Беги. Пока.

… Николай, проезжая мимо банка, в котором работала Юля, вдруг увидел, как она подбегает к подъезду. Ему показалось, что она улыбается… Остановиться было нельзя, он оглянулся: она уже вошла. Николай посмотрел на часы: она опоздала с обеда почти на полчаса. Интересно, где она была.