– Какого дьявола ты улыбаешься! – по-английски обрушился Сарматов на доктора Юсуфа, не обратив ни малейшего внимания на его спутника. – Из-за тебя, гад, я вляпался в такое дерьмо, из которого теперь не знаю, как выбираться!

Затем, изобразив вдруг на лице, покрытом синяками и ссадинами, крайнюю степень удивления, он заорал:

– Постой, постой, черт тебя подери!.. Откуда ты здесь взялся?!

– Если ты объяснишь, в какое дерьмо ты вляпался, мы объясним, как мы здесь оказались! – подал голос Махмуд.

– Кто он такой? – кивнул на него Сарматов.

– Друг, – коротко пояснил Юсуф.

– Если ты его друг, слушай! – бросил Сарматов, разворачиваясь к Махмуду. – В монастыре меня почему-то ни с того ни с сего стали пасти два копа, переодетые под монахов, а сегодня утром приплыл на катере полицейский начальник Корвилл и предложил развлечься с девочками в одном приличном заведении. Как только я оказался на их катере, копы сразу заковали мне руки в браслеты. Метлоу орет: «Говори, где искать доктора Юсуфа? У нас точные сведения, что ты состоишь в его шайке этих…» Этих, как их?.. В общем, каких-то прохвостов. Кстати, кто они такие?

– Сами себя они называют братьями, – сдержанно ответил Махмуд.

– Чему улыбаешься, док?! – взорвался Сарматов. – Почему копы тебя ищут и, наконец, о каких таких братьях идет речь? Оглох, что ли, док?!

– А сами копы ничего тебе о них не говорили?

– Говорю же, нет!..

– Джон, братья – это те, кто тайно служит… э…

– Служат Аллаху, – поспешил на выручку запнувшемуся Юсуфу Махмуд и, обнажив белый ряд зубов, добавил: – Мы очень надеемся, что и ты, Джон, присоединишься когда-нибудь к нашему братству. Однако дальше?

– А что дальше? Рыжий коп Бейли по приказу Метлоу ударил меня по голове. Док Юсуф знает, я не люблю, когда меня бьют по голове… Дальше у меня с ними состоялся душевный разговор… Очнулся я уже в наручниках и с разбитой физиономией. По дороге Корвилл пообещал мне, что в тюряге, куда они меня везут, он устроит мне такое дерьмо, что я пожалею, что на свет родился. После его соловьиных песен я сразу решил оторваться от них на пристани. Оторваться-то оторвался, да они, гады, сели мне на хвост и вели почти до той улицы, где я встретил вас.

– Кто вел? – встревожился Махмуд. – Копы?..

– Ну да!.. Я троих из них, переодетых в штатское, во дворе какого-то дома в контейнер для мусора сложил. К вечеру, думаю, очухаются.

Махмуд захохотал и что-то по-арабски сказал в трубку радиотелефона. Идущая впереди «Тойота» резко отвернула к осевой линии и пошла на разворот. Сарматов проводил ее взглядом и повернулся к Юсуфу:

– Док, остается в силе твое предложение о… о работе в джунглях?

Махмуд опередил ответ Юсуфа:

– Та работа не для тебя, Джон. Для тебя найдется лучше оплачиваемая работа, но к ней мы тебя будем тщательно готовить.

– Мне надо скорее скрыться из этого города, – заволновался Сарматов. – Я не хочу оказаться у Корвилла в тюряге. Не врубаетесь, что ли?

– Врубились! – опять захохотал Махмуд и наклонился к шоферу, молчаливому арабу в бурнусе: – В «Дом любви и терпения», брат.

В офисе ЦРУ полковник Джордж Метлоу и полицейский комиссар Рич Корвилл стояли перед большой картой мегаполиса. Красная пульсирующая точка двигалась по улицам, переулкам, пока не замерла в западном пригороде.

Молчаливые арабы открыли ворота, и «Мерседес» въехал на территорию роскошной виллы, утопающей в цветах. Едва Сарматов выбрался из машины, как его со всех сторон окружили хмурые вооруженные арабы.

– Что надо от меня этим обезьянам? – встревоженно спросил он доктора Юсуфа.

– Попридержи язык, кяфир, – прошипел Махмуд. – Ты здесь должен молчать и делать то, что тебе прикажут.

– Кто прикажет? Ты, что ли? – с вызовом спросил Сарматов. – Только учти, что мне ты не нравишься.

– Почему это? – еле сдержался Махмуд.

– У тебя глаза лживые, как у гюрзы…

– В бункер кяфира! – приказал Махмуд арабам и повернулся к Юсуфу: – Посидит, сговорчивее будет.

Юсуф молча кивнул.

Арабы всем скопом бросились на Сарматова и, сбив его с ног, потащили к бронированным воротам какого-то бетонного строения, напоминающего обычный гараж.

В офисе ЦРУ Метлоу нетерпеливо спросил дежурного офицера:

– Что находится в этом квадрате?

– В основном виллы богатых арабских шейхов, сэр. В частности, сейчас сигнал поступает с виллы одного из них. У нее пышное название «Дом любви и терпения».