– Так он бежал или нет? – раздраженно спросил Крис.

Проигнорировав его вопрос, Корвилл подошел к рабочему столу и, включив компьютер, вставил в него диск.

– На всякий случай я связался с парнями из МИ-6. Они схватились за голову и вот что сегодня прислали с диппочтой.

Компьютер выдал фотографию того же человека, что и на фотографии из полицейского досье.

– Узнаете, джентльмены? – спросил Корвилл, рукой подзывая обоих к своему столу.

– Одно и то же лицо, – согласился подошедший Крис и вопросительно посмотрел на Метлоу.

– Без сомнений, – подтвердил тот, вглядываясь в экран монитора. – Без сомнений и то, что последний раз я разговаривал с этим господином в ночь с восьмого на девятое мая тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года…

– В ночь, когда русские диверсанты ликвидировали афганское коалиционное правительство! – поморщился, как от зубной боли, Крис.

– Да, сэр. Тогда этот господин выступал в роли благообразного эфенди, сторонника американского присутствия в Афганистане. Но вот что странно: тогда, несмотря на все мои старания, эфенди уклонился от прямого ответа на вопрос, кого в Афганистане он представляет.

– А вот, джентльмены, что знают о нем в МИ-6, – продолжил Корвилл.

На мониторе появился текст:

«Махмуд аль Сафар ибн Абрахим, гражданин Южного Йемена, он же гражданин Пакистана Абд аль Сафар ибн Исмаил, он же гражданин Ливии Абду аль Салим ибн Муамар. Настоящее имя и национальность – неизвестны. Представляет крайне экстремистское течение неизвестного толка. Владеет языками: английским, арабским, русским, дари. С 1981 года разыскивается спецслужбами Турции, Италии, Израиля, Греции, Франции. При задержании, не задумываясь, применяет оружие. В настоящее время местонахождение не установлено».

Корвилл снова нажал клавишу:

«С 1972 г. фигурант состоял в радикальной террористической организации „Черный февраль“, осуществившей ряд терактов в Европе и на Ближнем Востоке. В 1973 г. участвовал в войне Судного дня против Израиля. В 1978 году на Ближнем Востоке под агентурной кличкой Дервиш прошел террористическую подготовку под руководством офицеров разведки ГДР Штази. В 1979–1988 гг. участвовал в ряде террористических акций на территории Израиля, Ливана, Иордании и Афганистана против функционеров правительств Кармаля и Наджибуллы.

С 1977 г. Дервиш поддерживает контакты с радикальной организацией «Чистильщики». Подробности контактов неизвестны, но есть основания считать, что он принимал участие в ряде терактов, осуществленных этой организацией. Английская разведка располагает информацией, что Дервиш неоднократно посещал СССР по фальшивым документам и имел контакты с мусульманскими и коммунистическими лидерами Средней Азии и Кавказа. Содержание контактов – неизвестно. В те же годы Дервиш посещал США, Францию, Египет, Ирак, Саудовскую Аравию. Цели посещений и контакты – неизвестны, но есть основания полагать, что с 1983-го по 1987 г. Дервиш руководил подготовкой террористических актов против ядерных объектов на территории СССР. Теракты не состоялись по неизвестным причинам».

– Ну что, Джордж, что-то прояснилось для тебя? – спросил Корвилл.

Тот утвердительно кивнул.

– У серьезного душегуба в руках, полковник, твой агент, – растерянно протянул Крис, бросив взгляд на Метлоу.

– Этот монах никогда ничьим агентом не будет, – отрезал Метлоу. – Он, на свой страх и риск, помогает нам, сэр, обнаружить сатанинскую фабрику. Молю бога, чтобы с ним не случилось ничего дурного.

– Только одна фабрика представляет интерес для ЦРУ, полковник, – сухо напомнил шеф.

– Но разве секта «Кара ислаими», связанная с этой фабрикой, не должна являться объектом нашего внимания? – удивился Метлоу.

– Этот вопрос требует согласования с Ленгли, – уклонился от прямого ответа Крис.

У Метлоу и Корвилла вытянулись лица.

– Но он уже у них, – напомнил Корвилл. – Неужели ЦРУ откажется от того, что само плывет в руки?

– Я не уверен, что мистические восточные секты интересуют американских налогоплательщиков, мистер Корвилл, – сухо парировал Крис. – Кстати, у Королевской полиции Гонконга есть все основания разгромить штаб-квартиру секты под предлогом, что в ней укрываются международный террорист и по крайней мере один убийца.

– Мы уже взяли виллу под контроль, сэр, – сухо ответил Корвилл и нажал клавишу видеомагнитофона. – Не найдется ли на этой кассете знакомых вам лиц среди людей, посетивших Дервиша в последние два дня?

Просмотрев несколько минут дерганую видеосъемку, Крис встал и, сделав знак Метлоу следовать за ним, хмуро бросил Корвиллу, направляясь к выходу:

– На пленке только арабы… Они меня не интересуют.

– Но, ввиду переплетения ваших и наших интересов, я хотел бы согласовать детали операции, – растерянно сказал ему в спину Корвилл.