Она шагнула к Скаю, блеснув в темноте зубами.

— Так где же они? И где дневник? Куда ты все спрятал?

Скай спокойно наблюдал за ней.

— Зарыл в надежном месте, — мягко ответил он.

— Ты ведь откопаешь их для меня, правда? Будь умницей!

Впервые за время их встречи Кристин оказалась на свету, и Скай наконец увидел ее глаза — и едва заметную линию, соединявшую ухоженные брови.

Усилием воли он совладал с дрожью в голосе.

— Скажи мне одну вещь, и я тут же пойду за рунами.

— Все, что угодно!

Вне себя от радости, Кристин опять стиснула его ладони.

Скай долго подбирал слова, но в конце концов прошептал:

— Ты видела драуга в последнее время?

Они стояли так близко друг к другу, что Кристин не удалось скрыть замешательство. В ее глазах мелькнул страх, руки невольно разжались. Скай понял, что задал правильный вопрос.

— Что? — Она попятилась, возвращаясь в тень. — О чем ты?

Скай молчал. Ну конечно! Как он раньше не догадался? Призрак так и не обрел свободу; он по-прежнему скитается в мире живых, преследуя того, кто силой заставил его покинуть царство мертвых. Правда, теперь обидчик принял иной облик. Вот почему драуг оставил Ская в покое на целое лето — он преследовал двойника Сигурда. Но и руны — орудие старого колдуна — притягивали несчастного как магнит. Сейчас двойник и магические камни одновременно оказались в Шропшире… Обрывки мыслей молнией пронеслись в голове Ская и уступили место щемящей тоске. Он внезапно ощутил боль утраты. В начале лета к нему вернулась прежняя Кристин, а теперь снова исчезла.

«Нет, — зло поправил он себя. — Ее похитили!»

Надолго воцарилась тишина. Силуэт Кристин почти растворился во тьме.

— Знаешь что, — осторожно произнес Скай, собравшись с духом, — оставлю-ка я руны у себя.

Кристин дернулась, как ужаленная.

— Я имею на них такое же право, как и ты! Это наследие нашего деда, я кровь от крови его… — Не договорив, она сорвалась на крик: — Отдай их мне!

— Нет.

Снизу послышался встревоженный голос матери:

— У вас там все в порядке?

Девушка двинулась к лестнице, больно толкнув Ская плечом. Перед тем как исчезнуть в люке, она одарила его испепеляющим взглядом и прошипела:

— Ты обо мне еще услышишь.

— О ком из вас, хотелось бы знать? — пробормотал Скай в ответ.

Но Кристин уже и след простыл.

В тот вечер Скай поздно лег спать. Он не выглядывал из окна, потому что и так прекрасно знал, кто прячется в саду под яблонями. Присутствие драуга пугало его, но в то же время, как ни странно, успокаивало — теперь, когда стало ясно, что призрака притягивает двойник Сигурда, вернувшийся в новом обличье. И еще руны. Скай покривил душой, сказав Кристин, что закопал их, но камни действительно лежат в надежном тайнике — до поры до времени.

Спокойному сну пришел конец. Скай быстро задремал, но стоило закрыть глаза, как он погрузился в водоворот воспоминаний, щедро сдобренных страхом. Дважды он просыпался — один раз возле окна, раздвигая шторы, которые наконец-то повесил отец, потом у двери, крепко сжимая ручку. Когда ноги коснулись пола в третий раз, он сдался. Лучше уж лежать с открытыми глазами — так, по крайней мере, безопаснее.

Ему не хотелось зажигать лампу. В комнате и так не было темно — полная луна сияла сквозь тонкую ткань занавесок, к тому же электронный будильник отбрасывал тусклый свет. Цифры сменялись так медленно! Глядя на них, Скай заскучал. Может, спуститься в кухню, сделать себе бутерброд и включить телевизор? Нет, мама тут же прибежит и станет донимать вопросами. За ужином она только и делала, что пыталась вытянуть из него, почему Кристин так быстро уехала. Собственно, поэтому он и не поел как следует.

Скай встал. В шкафу обязательно найдется что-нибудь съедобное.

Он начал поиски с нижнего ящика, хотя это не имело никакого значения — в его вещах царила вечная неразбериха. Раз в пару месяцев Соня заставляла сына навести порядок, сложить носки в верхнее отделение, а футболки — в нижнее, но не проходило и недели, как все возвращалось на круги своя. Потому Скай не особенно рассчитывал обнаружить половину шоколадного батончика именно там, где он ее оставил несколько дней назад. Роясь в шкафу, он удивлялся случайным находкам: сколько занятных научных экспериментов он, оказывается, провел за последние годы! Но шоколадка куда-то запропастилась.

Обыск остальных ящиков тоже ничего не дал. Открыв самый верхний, Скай отодвинул в сторону книгу — так и не начатый им роман Диккенса, заданный на лето, — и понял, что на самом деле искал вовсе не батончик.

Скай с опаской взял зажигалку, вспомнив о первом прикосновении. Тогда большой палец словно сам собой скользнул в выемку, оставленную на медной поверхности дедом-корсиканцем, и тут же нахлынули непонятные видения: лысая женщина, поющая скорбную песнь, волк и умирающая рысь. С тех пор Скай не трогал отцовский подарок — ему хватало забот со скандинавским предком.

Он невольно залюбовался отблеском лунного света на гладкой меди. Скай не курил, но всегда чуточку завидовал ребятам, которые прятались с сигаретами за школой, — они так ловко сдергивали крышки своих «Зиппо» о штанины и щелкали колесиком, высекая искру. Пламя всегда завораживало его.

— Профессиональный поджигатель драккаров, — фыркнул Скай.

Осторожно покрутив зажигалку, он заметил, что добыть огонь можно и не касаясь дедова отпечатка, — надо лишь вспомнить, как это делали одноклассники.