— Легко сказать. Я не могу заставить себя не думать об этом.

Он подошел еще ближе и взял меня за плечи:

— Да что ты? Не можешь? А когда ты в последний раз танцевала?

Я удивленно захлопала ресницами. Танцевала? Когда давала урок сальсы в магазине, после чего мы с Сетом срывали друг с друга одежду в моем кабинете.

— Давненько, — уклончиво ответила я, сбитая с толку его вопросом и прикосновением. — А что?

— Давай куда-нибудь сходим, — предложил он. — Есть миллион мест, куда мы можем пойти. Можем танцевать все, что захочешь. Если память меня не подводит, ты неплохо танцуешь.

Я посмотрела на него, прищурившись:

— Я прекрасно танцую, и ты отлично это знаешь!

— Тогда докажи это.

— Не может быть и речи. Не то настроение. Роман вздохнул, сделал шаг назад, и я почувствовала некоторое разочарование.

— Ну-у-у, — протянул он, — раньше с тобой было веселее. Хорошо, что я тогда уехал из города, как раз вовремя.

Он подошел к музыкальному центру и, присев перед ним на корточки, продолжил:

— Но если Магомет не идет к горе…

— Ну и ну! Ты сегодня просто кладезь религиозных пословиц.

— Слушай, я только пытаюсь… Господи Иисусе! Компакт-диски? А ты в курсе, что средневековье уже давно закончилось? — Он презрительно махнул рукой на мою коллекцию дисков. — Вообще-то все уже давно пользуются цифрой. Ну, знаешь, может, видела такие маленькие волшебные коробочки, в которых можно хранить музыкальные записи? Или ты считаешь их черной магией?

— С каждым годом появляется все больше новых технологий. На это стоит только подсесть, и сразу понятно — за ними не угонишься.

— Слушай, а почему ты не готовишь на костре посреди гостиной?

— Ты забыл? Потому что я вообще не готовлю!

— Забудешь тут. Я здесь живу, кстати.

Пока мы препирались, он все-таки успел поставить один из моих «допотопных» компакт-дисков в проигрыватель. Услышав первые звуки, я засмеялась:

— И кто из нас отстал от времени? Такое старье. Роман встал и протянул руки:

— Э, нет. Это классика. Она всегда в моде.

— Да уж, — ответила я, вслушиваясь в звуки музыки. — Самый популярный танец у школьников — фокстрот. Господи, это еще и медленный фокстрот!.

Но тем не менее я позволила ему взять мои руки в свои.

— Эй, вообще-то для начала это твой диск. Мы легко заскользили по гостиной, не сбиваясь с основного хода и умудряясь не задевать мебель. У Романа куча недостатков, но его несомненное достоинство — он танцует почти так же хорошо, как и я.

— Где ты научился так танцевать? — спросила я, перешагивая через Обри, которая, казалось, совсем не боялась, что на нее наступят, и даже не пошевелилась, когда мы начали танцевать.

— Что за дурацкие вопросы? А ты где научилась?

— Думаю, у меня это от природы. Поэтому и спрашиваю. У тебя врожденный талант? Или это результат многолетних тренировок? Ну, в смысле, ты же прожил долгую жизнь. Если упорно к чему-то стремиться, рано или поздно овладеешь этим искусством.

— Честно говоря, не знаю, — рассмеялся Роман, — думаю, это у меня в крови.

— Да ладно! Танцующий Джером — это невозможно себе даже представить!

— Я не о нем. У меня это от мамы. Она была танцовщицей. Рабыней одного древнего-древнего царя.

Его взгляд слегка затуманился, но это была скорее ностальгия, чем злость…

— Конечно, когда она забеременела, он был вне себя от ярости. Цари такого не прощают.

— И что с ней случилось дальше?

В те времена меня еще не было на свете, но некоторые вещи мало меняются. Рабов, навлекших гнев хозяев, обычно избивали или продавали. В лучшем случае.

— Я не знаю. Джером похитил ее и перенес в какую-то деревню, где она стала свободной женщиной.

Я не сдержала улыбку. Я никак не могла смириться с мыслью, что когда-то мой босс был ангелом и до беспамятства влюбился в смертную женщину.

— А он остался с ней? Он же к тому моменту уже, наверное, стал демоном…

— Больше она его никогда не видела. Мы с ним впервые встретились в прошлом году. Но моя мама на него зла не держала. Она все время рассказывала о нем, говорила, какой он прекрасный. Не знаю, что она имела в виду: в ангельском обличье или в демоническом. Хотя, возможно, его внешность и не изменилась, ведь на самом деле какая разница: ангелы, демоны…

— Зато тогда он точно не мог выглядеть как Джон Кьюсак.