– Но вы-то знаете?

– Как же иначе. Да и все у нас в доме знают. Какие бы ни были, но они мои сестры. И не буду их осуждать.

– Иван Платонович тоже был в курсе соревнования?

Умная барышня не была готова к такому простому вопросу. Немного помедлив, сама спросила:

– Почему вы вдруг вспомнили об отце?

– Есть веские основания полагать, что его смерть не была случайной… – заявил Родион. Но дело из сюртука не вынул.

– Уходите! – очень громко сказала Эля и тут же добавила шепотом: – Ждите на Моховой, у нас тут стены странные…

В отличие от многих барышень, ее не пришлось долго ждать. Эля появилась в том же скромном жакете на меху, лицо плотно обвязано платком. Взяв мужчину под ручку, повела неторопливо, подальше от дома. Парочка направилась в сторону Тенишевского училища и особняка великой любовницы великих князей, а также балерины госпожи Кшесинской.

– Что вам известно? – спросила она, глядя под ноги.

Было приятно и как-то неожиданно хорошо идти вот так вместе по утреннему снегу мимо домов и редких прохожих. Как с хорошим товарищем. Не более.

– Позвольте оградить вас от криминалистических подробностей.

– Читали заключение?

«Оно со мной», – чуть не ляпнул Родион, но вовремя сохранил козырь за пазухой.

– Там ведь четко написано: от бытовых причин, – продолжила она.

– Мне кажется, произошла ошибка. Доктор не заметил или напутал.

– И что это значит?

– Быть может, Иван Платонович умер не совсем так. У него были неприятности со здоровьем?

– Отец никогда не жаловался… – Эля вдруг остановилась. – Но если правда, что вы говорите, то тогда…

Без слов ясно, что может случиться «тогда».

– Пока нет официального решения о повторном возбуждении дела, я не могу им заниматься, – сказал Родион. – Но приложу все усилия. Потребуется эксгумация и…

– Нет!

Эльвира Ивановна стала решительна и тем прекрасна. Все-таки аромат крови родителей проявляется в детях. В наследниках он набирает нужную силу и густоту. Порода Ивана Агапова отлилась в хрупком тельце в полной мере. Старшим дочкам достались лишь брызги. Несправедливо, обидно, но ничего не поделать. Природе виднее. Да, отвлеклись…

Ванзаров ждал, что последует.

– Что бы вы ни нашли в этих бумагах, не надо ворошить прошлое, – сказала она тихо. – Пусть все остается как есть. Отца не вернуть. Это моя семья, какой бы она ни была. И это мое дело.

Маленькая защитница готова была стоять за родную кровь до конца. Без сомнений.

– Как прикажете, – согласился Родион. – Но убийцу Ольги Ивановны разрешите поймать?

Ему благодарно пожали локоть. Даже приятно, когда барышня ведет себя вот так сдержанно и мило.

– Достаточно, чтобы теперь вы поверили в серьезность угрозы? – продолжил он.

– Думаете, смерть Ляли – это предупреждение мне?

– Готов принять от вас любую версию. Логичную или безумную.

– Но у меня такой нет!

Не было причин не верить. В подобной обстановке барышня врать не будет. Но проверять надо все. И Родион спросил:

– Какими косметическими средствами пользуетесь?

Эльвира глянула: не шутка ли, – убедилась и ответила:

– Никакими. Мне и так красоты хватает. Это матушка за двоих получить мечтает.

– В таком случае мне остается только просить вас быть предельно осторожной.

– Хоть на фабрику разрешите ездить?

Скрепя рыцарское сердце – позволил. А хотел бы запереть в камере участка и не выпускать, пока не разберется. Но разве можно барышню в клетке прятать? И так уже негритянский певец там квартирует. Родион просил сообщать, если вдруг появятся новые идеи или случится что-то неожиданное. И стал прощаться.

Эля задержала его руку в своей.

– Вы действительно готовы меня защищать от любой угрозы? – спросила она, глядя прямо в глаза. Нет, до рыцарского сердца чуть-чуть не достала.

Ванзаров обещал искренно, как присягу дал.

– Я вам верю. И надеюсь только на вас… Ой, чуть не забыла: Маслова требует быть у нее на собрании в два часа. Что мне делать?

– Сообщите ей, что я дал вам отгул.

И, поклонившись, Родион быстро отправился в сторону Фонтанки.

Хоть барышня не позволила ворошить прошлое, но чиновник полиции не обязан выполнять каждый каприз. Ведь там, в прошлом, могут таиться многие отгадки. Так, во всяком случае, нашептывала логика. А уж эту красотку рыцарь привык слушаться беспрекословно.