– Чисто служебный интерес, – ответил чиновник полиции (а вовсе не сыщик). Но ус подправил со значением.

Кошечка выгнула спинку.

– Вам, так и быть, скажу. Секрет очень простой: много спать и много любить. Ну как, вам подходит?

– Какие-нибудь кремы или мази косметические употребляете?

Лада быстро потрогала щеки, словно на них выступили пятна.

– Достаточно свежей воды и зеркала.

Ванзаров невольно огляделся: именно этого и не было в квартире. Ни одного зеркала не попалось даже в прихожей. Быть может, в спальне?

Влада Ивановна словно прочла мысль:

– В зеркало женщины смотрят, чтобы увидеть себя глазами мужчины, мучаются, бедняжки, хотят быть лучше. А эти звери видят только объект возбуждения. Так зачем силы тратить? Мужчина и так будет смотреть на меня, как захочу я. Не правда ли?

Зверь отказался спорить. А просил девушку с татуировкой дракона быть осторожной. И особенно не поддаваться на уговоры мужчин, хотя бы в ближайшие дни. На том и распрощался. А что такого? Если рыцарь защищает одну даму, это не значит, что другую он не может предостеречь. На всякий случай.

Знатные господа, прибывавшие в столицу из угнетенных провинций империи – как азиатских, так и кавказских, – знали только одно место, достойное их принять. Где обязан поселиться восточный человек, чтобы дома поразить байками соседей и родственников? Конечно, в гостинице «Европейская», где же еще! Иначе поездка пропадет зря. Самый дорогой и знаменитый отель столицы всегда был полон разнообразно гордыми персонами, у которых не всегда хватало денег на обед, но зато жили они в самых роскошных номерах. Чтобы найти в Петербурге грузинского князя, осчастливившего своим визитом северный город, не надо снаряжать филерские отряды на поиски. А надо отправиться в гостиницу. Что Ванзаров и сделал.

Стоило войти в просторный холл, как в дальнем конце его, где размещались бильярдные столы, обнаружилась тоненькая спинка, затянутая в красную черкеску. И хоть такое везение бывает редко, но логика настаивала: горные красавцы в красном не водятся стаями. Одного на столицу и то многовато.

Опираясь на кий, как на царский жезл, Эгисиани надменно посматривал, ожидая, кто бы предложил его светлости партийку. А то страсть как играть охота, но серьезные игроки отчего-то избегают горца. Ну не пристало же князю самому набиваться в партнеры.

– Какая встреча! – вскричал радостный голос.

Эгисиани величественно оглянулся. Перед ним широко улыбался полноватый господин, кажется знакомый, с какой-то смешной птичьей фамилией. Его светлость изобразил учтивую улыбку и подал цыплячью лапку. Господин пожал трепетно, чем сразу понравился, и напомнил, как его зовут.

– Такая удача, князь, что встретил вас! – заливался соловьем милый господин. – Прямо иду и думаю: быть может, встречу его светлость?

– Да, я здэсь живу! – гордо сообщил мальчик. – Отэлчык так сэбэ, но здесь нэ Париш, другого нэт! Сагласны, гаспадин Чыш?

Приятный субъект выразил полнейшее согласие: действительно дыра и провинция, совсем не Париж.

– Не желаете партию раскатать, князь? Вы мне обещали! Я помню! Все жду счастья, а тут такая удача – вас встретил!

Князь был совсем не против, а очень даже «за» сыграть.

– Па рюблю? – предложил он гордую ставку.

– Да что вы, князь, побойтесь бога! – испугался такой приятный господин. – Да меня засмеют, если скажу, что с самим князем Эгисиани на рубль играл. Сто – не меньше!

Мальчик в красном невольно вздрогнул: таких денег у него давно не водилось не то чтоб в кармане, а вообще. Но княжеская честь дороже денег: обратного хода нет. И он согласился.

Господин с птичьей фамилией подозвал маркера и заплатил за стол, чем еще больше понравился Эгисиани.

Шары встали в белый треугольник, красный биток – на разбой. Господин «Чыш» просил оказать ему честь разбить пирамиду, а жребий не бросать вовсе. Князь не возражал. Примерившись, ударил не сильно, как мог. Шары мягко разошлись веером. Господин прилег к столу и с размаху положил первого.

– Прошу прощения, князь, случайность! – еще извинился он.

Эгисиани милостиво простил, все же человек играет слабо, пусть возьмет фору. В радужных мыслях он пребывал примерно до пятого упавшего шара. А дальше насторожился. На столе происходило что-то необыкновенное. Скромный господин загонял шары с такой силой, что кий гудел, а бока слоновой кости хлопали с яростным звоном. Не успел князь и глазом моргнуть, как со стола ушли еще три. Когда же Анзор Шалвович опомнился окончательно, было поздно. Счет дошел до разгрома. Но этого мало: господин нанес сокрушительный удар и вогнал в лузу последний вместе с битком. Зеленое сукно зачищено за один подход.