— Не рыбак я, не мое… Прощай Глеб…

— Сашенька просила, чтобы я тебя привел…

— Правда просила?

— Конечно! Говорит, без Антона так скучно!.. Одевайся, мы ждем… Тебе, место такое нашли… Пошли, пошли…

— Ну, разве только, если Сашенька…

Сидели рядом. Игорь справа от меня, у него три удочки. Пока ничего не словил. У Саши и Сергея по одной, и тоже, ни поклевки.

Для Антона, самое козырное место: да — камыша нет и допустим, мелко, зато вид — хоть влево, хоть вправо, — все как на ладони. Поставил ему стульчик, на крючки червей насадил, удочки забросил, садочек на рогатину и в воду, и подсачек, рядышком. А его все нет и нет. А между тем, уже без пятнадцати. Смотрю — Игорь тоже нервничает, на часы поглядывает.

— Сейчас, — говорю, — пойду еще раз позову.

Игорь несколько раз кивнул.

— Да пусть спит человек, — окликнул меня Сергей. — Не трогай его. Во сколько легли? И клева нет, чего будить?

— Давай, давай — зови его, сейчас начнется, — крикнул Игорь. Обратился к Сергею:

— Пропустит, потом обидится… Серега, потом же спасибо скажет… Такую рыбалку нельзя пропускать.

— Да что, пропускать-то? Не клюет ни хрена!

— Да! Не рыбак! — оскорбил Игорь друга, и отвернулся.

Притащил Антона, чуть ли не силой, усадил на стул, всунул в руки удочку:

— Внимательно смотри на поплавок.

Бородач махнул Саше:

— Привет. Вот я и пришел!

— Доброе утричко. — Саша помахала в ответ. — Ты сегодня в штатском.

— Мокрое.

Антон поежился, вздрогнул от сырости, посмотрел на меня:

— Пойду, зубы почищу.

— Антон, давай уже со всеми. Пол часа и пойдем позавтракаем, умоемся.

— А может, все-таки… — Он попробовал привстать.

— Сидеть, — рявкнул белорус.

Антон подчинился. Игорь натянуто улыбнулся:

— Сделай одолжение, посиди с нами пол часика. Я хотел бы поговорить с тобой о рыбалке… о жизни… о "Пегреме"… Понимаешь?

Опоздали. Появились в пятнадцать одиннадцатого и с противоположной стороны. А в остальном, все очень хорошо. Перьев хватило на всех, особенно удался вождь. У него самые яркие, большие. У индюков вообще очень красивые перья, почти, как у павлинов. Маленький был, выменивал: петушиные, утиные, но самые яркие — индюшечьи, очень их любил. Собрал коллекцию и подарил девочке — Настеньке. Где ты сейчас, Настенька?

Голые торсы, перья, разукрашенные лица и гребли правильно: каждый со своего борта.

И тут я испугался, — у третьего в руках гармошка, просил ведь: "Не импровизировать"! Сейчас запоет: "Вдоль по Питерской" и все пропало.

Должно быть так: подплыли, метров за сто — встали, побили ладошками по губам, поулюлюкали, десять раз крикнули — Майя-Майя! Загадочно махнули в сторону противоположного берега, и навсегда исчезли в резервации, за поворотом… Сто пятьдесят долларов — каждому по полтиннику, неужели так трудно сделать, как просил. Ведь все расписал, там, вверху, черным по белому — Майя-Майя! — идиоты, блин… Кричите уже!

Остановились, метров за пятьдесят. Вождь встал во весь рост, качался, чуть не падал, пьяный конечно, а утром трезвый был, рассудительный такой, торговался, как последний бледнолицый — никакой гордости, а еще — дитя прерий…

Гармонь набрала воздуха, человек на лодке запел, инструмент догнал и не в ногу поплелся рядом:

— Настоящему индейцу, надо только одного… — понеслось над озером.

Я посмотрел на Игоря. Белоруса, меньше всех интересует, что приплыло к нам из Америки. Он зол, разочарован и почему-то во всем винит меня. Пока только взглядом, но это, пока.

К песне индейца присоединился собачий лай, Игорь не удостоил взглядом нового персонажа, все так же не весело улыбаясь смотрит на меня. По лодке носился белый пудель или болонка, или… не важно. Видать, спала, а от шума проснулась. Песня, гармонь, а тут еще и болонка — странные такие индейцы. А Саше довольна — бегала, хлопала в ладоши, хохотала:

— Смотрите! Смотрите! Здорово! Здорово! Антон — ты проспорил. Эти настоящие! Эти самые настоящие! Ребята, давайте к нам!.. УРРРААА!..

Сергей посмотрел на меня: — Ты, это тоже видишь? Что это, за размалеванная чепуха?!

— А на что, это похоже?

Антон подошел к Сергею:

— Просто, случайность. Я бы даже подумал, что это Игорь… но он всегда был со мной… как приплыли — рядом все время.

Саша рассердилась:

— Это индейцы! Настоящие Индийцы!

Подошла ближе к воде, крикнула:

— Ребята, вы кто?

— Майя! Майя! — закричали в ответ. — Майя! Майя!

Девушка возмущенно посмотрела на капитана: — Антон, не веришь, спроси сам.

Игорь пожаловался: