– Думаю, господин Шеранн многое от нас утаил, – с расстановкой произнес Рельский.

– Эта вещь принадлежит драконам! – огрызнулся тот и перехватил книгу поудобнее.

Но ведь… ведь Шеранн вообще не объяснял важности этих дневников для него! Он заверил, что приехал в Бивхейм ради получения автономии, но какое касательство к этому имел потрепанный том?

– Мы на нее не претендуем, – ответил мировой судья, глядя прямо в глаза дракону, который явно был намерен сражаться за свое сокровище, – но с условием, что вы расскажете нам все!

Шеранн с минуту пристально смотрел на него, потом возразил:

– Это наше внутреннее дело!

– Полагаю, мы достаточно ввязались в это самое внутреннее дело! – заметил господин Рельский и нарочито безразлично развел руками, видя его колебания. – Я найду пути удовлетворить свое любопытство. К примеру, у меня есть несколько однокашников в парламенте, которые наверняка в курсе проблем драконов. Да и ваш дядюшка, защитник огненных, думается, будет не столь скрытным – в конце концов, у нас есть общие предприятия…

– Хорошо! – рыкнул Шеранн, сдаваясь. – Только давайте продолжим разговор не здесь.

С этим спорить никто не стал, и вся компания сыщиков-любителей отправилась в Эйвинд. По дороге разговор касался лишь самых нейтральных тем, по большей части погоды и видов на урожай.

Удобно расположившись в просторной и светлой гостиной, господин Рельский вежливо, но настойчиво предложил дракону начать рассказ.

Мировой судья сидел в кресле и потягивал коньяк, стараясь не замечать, что дракон устроился на софе рядом с гадалкой и его руки то и дело подозрительно порхали то у талии, то у плеч молодой женщины. Шеранн наслаждался, открыто показывая господину Рельскому, сколь близкие отношения связывали его с госпожой Черновой, и выказывая ей знаки внимания, исподтишка поглядывал на бесстрастное лицо соперника.

София лишь краснела и осторожно отодвигалась, смущенная столь беспардонной демонстрацией, но не решаясь дать отпор бесстыдному возлюбленному. Последние события окончательно выбили землю у нее из-под ног, и теперь в мыслях гадалки царил полный сумбур. Легенды уверяют, что даме весьма лестно быть в центре внимания сразу нескольких джентльменов, однако госпожа Чернова не находила решительно ничего приятного в том, что она сделалась предметом спора, будто корова, из-за которой бранились крестьяне.

Наконец молодая женщина не выдержала: убрала со своего колена руку Шеранна и бросила на него строгий взгляд, без слов призывая к соблюдению благопристойности.

Вполне удовлетворившись показом, дракон перенес внимание на злополучную книгу, которая лежала у него на коленях, ласково провел пальцами по обложке и начал будто выученный наизусть урок:

– Все драконы делятся на пять семей, по числу стихий, которые они воплощают. У каждой семьи есть глава – владыка, этот титул передается по наследству. Но в основном делами занимаются два его помощника: защитник, в ведении которого все внешние вопросы, и правитель, на которого возложено управление внутренними делами. Они выбираются в каждом поколении из самых способных в этих сферах, причем их определяют не сами драконы, а стихии, с помощью особого обряда. Так было испокон веков, но однажды один амбициозный огненный решил добиться власти, хотя по праву она должна была принадлежать другому. Он сумел с помощью двоих сообщников устранить настоящего правителя и подделать результаты. Мой дядя, защитник, давно это подозревал, но никаких доказательств у него не было, тем более что обманщик являлся давним другом владыки огненных. Но однажды один из соучастников оказался при смерти и в бреду много чего наговорил. Наша знахарка тайком послала за защитником. Оказалось, что умирающий с самого детства вел записки, куда педантично заносил все обстоятельства. Предатель сказал: «Дневник спрятан у раидо радуги!»… В конце концов дядя вспомнил, что руну раидо еще называют краем моста… Дальше уже было несложно догадаться, что речь о Бивхейме, который построен на месте разрушенного Биврёста – радужного моста… Дядя отправил меня сюда якобы для контроля строительства парохода, а на самом деле с тайным поручением разыскать мемуары Шезарра, и я очень обрадовался, когда выяснил, что их нашли и поместили в библиотеку. К сожалению, обманщик тоже как-то об этом дознался и, видимо, отправил Шейлитта меня перехватить. Остальное вам известно.

Несколько минут они молчали, думая каждый о своем. Люди пытались осмыслить новые обстоятельства, дракон же смаковал свой триумф.

– Сдается мне, что вы что-то недоговариваете, – наконец заметил господин Рельский и пояснил: – Вы ведь утверждали, что приехали в Бивхейм ради каких-то таинственных дел касательно автономии, теперь же выясняется, что ваша миссия затрагивает лишь внутренние дела…

Он вперил острый взгляд в дракона, который раздраженно передернул плечами и буркнул:

– Одно другому не мешает. Шейленн возглавляет радикальную группировку, которая полагает, что драконы должны захватить власть в Мидгарде. Большинство детей стихии хочет жить спокойно, так что если убрать правителя, все заглохнет.

– Почему тогда вы не сообщили, что среди вас есть такая клика? – воскликнула госпожа Чернова.

Шеранн посмотрел на нее уничижительно и едко ответил:

– Замечательное предложение! Мы так долго убеждали эльфов, что не претендуем на власть и хотим жить обособленно. Если бы теперь они дознались обо всем, то вынудили бы нас убраться из страны или начать войну. И вы полагаете, что мне нужно было обо всем доложить властям?

Госпожа Чернова опустила глаза, соглашаясь с его доводами. В политике она разумела мало, потому решила полностью положиться в этом вопросе на господина Рельского.

– Тогда все понятно, – заключил мировой судья, задумчиво рассматривая на свет бокал с коньяком. – Насколько я понимаю, вы хотите, чтобы мы никому об этом не рассказывали?

– Конечно, – кивнул дракон и нетерпеливым жестом убрал упавшую на глаза темно-красную прядь. – Теперь, когда у меня есть вот это, – он любовно тронул книгу, – мы сумеем устранить Шейленна, а значит, войны не будет.

Госпожа Чернова поежилась, вообразив баталии с огромными огнедышащими ящерами, способными без труда вызвать землетрясение или наводнение, расплавить дыханием камни или пробудить вулканы. Несомненно, драконы – весьма внушительная сила, с которой вынуждены считаться даже спесивые эльфы.