Шрифт:
Когда глаза Софии привыкли к скудному освещению, она невольно вскрикнула и вцепилась в руку Шеранна, заставив его слегка поморщиться.
В единственной комнате удобно устроился господин Ларин, который обеими руками держал ружье.
– Заходите, гости дорогие! – издевательски пригласил старшина пожарного приказа. – И без глупостей, дракон. Я знаю, что ты легко можешь ускользнуть, но тогда я убью ее. А обвинят тебя, потому как все видели, что вы уходили вдвоем. Тогда тебя не будет защищать даже Рельский, все ведь знают, что она его подружка… Смекаешь?
И куда подевались запинки и косноязычие стеснительного и неловкого человека, всегда погруженного в мечтательные раздумья! Он упивался своей властью над сыном стихии, был пьян от ощущения хрупкости чужой жизни, трепещущей в его жадных руках. Ружье слегка подрагивало, однако он зорко следил за вожделенными жертвами, не давая тем ни на мгновение уклониться с линии огня.
– А кто кричал? – поинтересовался дракон с ленцой.
– Я! – щербато ухмыльнулся господин Ларин. Распрямил узкие плечи, пояснил охотно: – На пожарах и не так вопить наловчишься!
Под прицелом Софии и Шеранну пришлось войти в домик. Она во все глаза смотрела в зияющее дуло, будто в оскаленную пасть зверя, и до боли сжимала кулаки, безуспешно пытаясь проснуться.
– Отойди от него, воробушек! – велел старшина, по дуге обошел их, ногой захлопнул дверь, по-прежнему тщательно целясь. Он чуть попятился, криво усмехнулся и добавил: – Ты мешаешь мне убить эту нелюдь!
– Вы хотите устроить на месте Бивхейма вулкан или что-то похуже? – изображая вежливое удивление, приподнял брови дракон.
Он держался с поразительным хладнокровием, казалось, его искренне забавляла вся эта суета.
– Я помню эту легенду, – зло ощерился в ответ господин Ларин. Его руки, сжимающие ружье, заметно тряслись, но на лице читалась отчаянная решимость.
– Боюсь вас огорчить, но это чистая правда, – пожал плечами Шеранн и заговорил напевно: – Дракон – воплощение стихии, которую сдерживает тонкий барьер плоти, так что моя смерть выпустит пламя на свободу. Этот милый городок ожидает огненная буря, которую нельзя остановить водой или песком и в которой расплавится даже камень…
Госпожа Чернова невольно передернулась. Казалось, этот странный разговор грохотал в ее голове, бил по нервам. И только присутствие Шеранна, совсем близко, всего в шаге от нее, сдерживало Софию от истерики.
– Да что ты говоришь? – издевательски осклабился старшина пожарного приказа. – Не беспокойся, я хорошо подготовился!
Он сунул руку в карман, извлек оттуда какой-то камешек, с чувством продекламировал:
Мне известно седьмое – пожар им уйму я, Если вспыхнет чертог, еще полный гостей. Как ни силен огонь, я смогу загасить его, Слово мощное против пожара скажу [39] .39
Из древнескандинавской саги «Речи высокого».
Говоря это, он прямо в воздухе нарисовал несколько ломаных линий и бросил свой таинственный снаряд к ногам дракона.
София недоуменно улыбнулась, оглянулась, ожидая, что Шеранн рассмеется в лицо самозваному эрилю, но дракон вдруг без звука повалился на пол.
Не веря собственным глазам, гадалка опустилась, скорее упала, на колени рядом с ним.
Пульс дракона едва прощупывался, он был иззелена-бледен – казалось странным, что его смуглое лицо может настолько померкнуть.
– Вы! – рявкнула женщина с ненавистью, повернувшись к довольному собою господину Ларину. – Что вы с ним сделали?
Она бережно сжимала безжизненную руку Шеранна, втайне надеясь, что он тихонько пожмет в ответ ее пальцы и станет ясно, что это всего лишь его хитроумная уловка…
– Я его убил! – охотно ответил тот. – Ты думаешь, я зря перелопатил столько дурацкой старинной макулатуры? У дракона можно отнять его драгоценную стихию, и тогда он ничем не будет отличаться от простого смертного. Только никто не догадывался, как это сделать. Ха, проще простого! Мы, Ларины, всегда умели гасить пламя, у нас секрет по наследству передается, потому и были пожарными. А я нашел способ усилить семейное заклятие так, чтоб даже дракону с лихвой хватило! К тому же Бельтайн любой волшбе помогает. Я ведь его всю ночь караулил, но он все время ускользал, гаденыш! А потом увидел, как он тебя, птаха, провожать пошел, и бросился вперед. Пока вы миловались, я все-все успел!
Он улыбался, донельзя довольный собой, искренне наслаждаясь своей находчивостью и удачей. И это фамильярное «ты»…
Ничтожный человечек возомнил себя важной персоной и теперь из шкуры лез, силясь убедить всех, и прежде всего себя, в собственном величии.
Глава 20
– Зачем?! – всхлипнула молодая женщина и закусила губу, пытаясь успокоиться. Что-то нужно было предпринять! Но что?
– Ненавижу драконов! Они сжигают все, до чего дотянутся! Надутые и самовлюбленные сволочи, все им легко – деньги, девки, долгая жизнь… Понаехали к нам, чванливые ящерицы! А я с детства хотел стать драконоборцем, как в старину! Я придумал, как их убить. Больше никто так не умеет!