М. Л. Галлай теперь известен в нашей стране и как писатель. О своей работе с первыми космонавтами он интересно и полно рассказал в повести «С человеком на борту», отрывок из которой помещен и в настоящем сборнике. Так что мне добавить к этому нечего. Замечу лишь, что теперь обучение и тренировки космонавтов на тренажерах осуществляют не отдельные специалисты, а десятки опытных и даже лично побывавших в космическом полете инструкторов. Подготовка на тренажерах обогатилась знаниями и опытом многих наук, тесно взаимодействующих с пилотируемой космонавтикой, а сами тренажеры отличаются высокой эффективностью.

Большое значение в подготовке космонавтов придавалось всему тому, что могло способствовать развитию и укреплению их физического состояния и закаливанию организма. Естественно, что все полезное и не вызывающее сомнений из арсенала физической культуры было поставлено на службу.

Не без некоторого сопротивления со стороны части слушателей была воспринята ежедневная получасовая утренняя физзарядка в любую погоду на свежем воздухе с обязательными обтираниями и прохладным душем. Регулярные занятия гимнастикой и другими видами спорта чередовались, как бы пронизывая остальные разделы подготовки. За физической нагрузкой был установлен отдельный врачебный контроль, которому придавалось особое значение. Нагрузки ведь постепенно увеличивались, и в целях страховки от перетренированности врач, осуществлявший контроль, сам проделывал все, что выполнялось слушателями.

Должен сказать, далеко не просто шло привыкание к физическим нагрузкам. По крайней мере, у половины слушателей энтузиазма в этом довольно-таки напряженном труде хватало не более чем на несколько первых недель. Дальше начались намеки на «чрезмерную» и «неоправданную» нагрузку, на «опасности», связанные с освоением элементов акробатики, и тому подобное.

Но больше всего помогала в этой работе сила примера. Леонов, Волынов, Николаев, Гагарин, Попович и постарше их по возрасту Беляев и Комаров сразу же сумели преодолеть многие неудобства начального периода. Вскоре серьезных нареканий к выполнению плановой части физической подготовки слушателей уже не было, хотя и появились новые проблемы.

Их принесли игровые виды спорта. Вместе с полезным здоровым азартом стали давать о себе знать и сопутствующие ему спортивные травмы. Правда, против «благородных» синяков и шишек никто не возражал, а «горький опыт» делал пострадавших и более ловкими, и в меру осторожными.

Периодические прикидки со всей убедительностью свидетельствовали о том, что силовые качества, общая выносливость, ловкость, координированность движений, смелость, решительность, настойчивость и спортивное трудолюбие заметно совершенствуются и растут. Было бы ошибочным приписывать все эти достижения одной лишь физподготовке. Сказывались в комплексе все разделы программы. Но не стоит и недооценивать той роли, которую играла физическая культура и спорт в деле подготовки космонавтов.

Отбором и подготовкой будущих космонавтов занимались специалисты самых разных возрастов, хотя в подавляющем большинстве это была все-таки молодежь. Старшие, естественно, отличались и более высоким профессионализмом, и большей обстоятельностью, житейским опытом. Это было хорошим дополнением к «горячим головам» молодых, их задору, работоспособности. Но всех объединяла та большая ответственность, что выпала на их долю — выбрать и подготовить человека для полета в космос.

Основное внимание при подготовке первых космонавтов уделялось работам медицинской направленности — изучению факторов космического полета и их влияния на организм человека, неудивительно, что данному направлению отводилось около двух третей всего учебного времени. Потому и большая часть сотрудников Центра, включая его начальника, были специалистами медицинского профиля.

Иногда возникали в связи с этим разговоры, даже среди слушателей-космонавтов, что столь явно медицинская направленность подготовки не совсем оправданна, что, дескать, летчик-испытатель и без всяких там исследований вполне способен выполнить космический полет. Помнится, в ответ на подобные суждения я рассказал, что в Академии наук СССР лежат десятки и сотни писем, авторы которых уже после запуска первого спутника просили отправить их в космический полет. Они были готовы отправиться лишь «туда» — в одну сторону, чтобы принести себя в жертву во имя науки и человечества, коль пока еще нет технических средств для возвращения на Землю. Письма трогают искренностью высоких порывов нашей молодежи. Но ведь полеты в космос — не самоцель, не погоня за престижными рекордами, а целенаправленное освоение новой, безграничной по своим возможностям, области человеческой деятельности. Космос должен стать не ареной подвигов, а рабочей площадкой.

Именно для этого создан надежно действующий ракетно-космический комплекс, закладывались основы необычной профессии — космонавт.

Настойчиво и добросовестно выполняли учебно-тренировочную программу слушатели «авангардной шестерки». В центре их внимания теперь был космический корабль со всеми его многочисленными бортовыми системами, оборудованием, а также полетным оснащением космонавта. Будущие космонавты следили за ходом испытаний и доработок, знакомились с деятельностью всех служб комплекса управления полетами.

В целом работы по проекту «Восток» шли успешно. Но вот в начале декабря 1960 года, когда на орбиту был выведен технологический корабль с двумя собачками на борту, случилось непредвиденное. При возвращении спускаемого аппарата на Землю из-за чрезмерно крутой траектории снижения, при входе в плотные слои атмосферы, он прекратил свое существование. Учитывая, что серия полетов с четвероногими пассажирами производилась именно по той трассе, которая готовилась для полета человека, неудача была особенно неприятной. Да и произошла она в то самое время, когда космонавты, как говорится, вышли на финишную прямую.