Владимиров отбрасывает в сторону матерчатый полог, за которым установлен блок с индикатором кругового обзора, и ищет на экране отмеченную на планшете цель.

Оператор и планшетист работают точно. Владимиров звонит Пятнице:

— Как принимаешь?

— Нормально, — отвечает он.

— Контрольную?

— Кажется. Пусть там внимательнее смотрят у вас.

А то…

— Ладно, ладно, — Владимирову не хочется, чтобы он снова напоминал о дневном промахе.

— То-то. Как там у вас, в горах, погода? Обещают ветер.

— Ветерок есть, — отвечает лейтенант. — Но ты не волнуйся, мы за погодой следим.

Рота ведет цель еще некоторое время, а потом передает соседней станции.

Неплохо бы сейчас еще вздремнуть, но предупреждение Пятницы насчет ветра заставляет Владимирова снова выйти на улицу. Ветер в пределах нормы — когда можно идти и не сносит с ног… Звезды местами проглядывают из-за косматых туч. В общем, все, как обычно, только ветер, холодный, пронизывающий, совсем не весенний.

«Надо будет на всякий случай подтянуть тросы приемно-передающей кабины, — решает дежурный. — Ведь если ветер усилится, ее может сорвать».

Владимиров не без труда добирается до взгорка, на котором установлена приемно-передающая кабина с крыльями антенн, и тут вспоминает, что забыл фонарик. Возвращаться не хочется. Ищет трос ощупью. Добраться по нему до нижнего конца, прикрепленного к лебедке, — дело одной минуты. Лебедку уже успело засыпать леском, и лейтенант с трудом вращает ручку.

Справившись с этим делом, идет обратно. Руки закоченели.

Утром звонит Пятница.

— Спешу поздравить. На тройку все-таки натянул. А вообще-то благодари бога, что в первый раз. Все-таки хорошо на полетах работали. Командир батальона остался доволен. И контрольную цель провели точно. Это вас и спасло.

Владимирову обидно, конечно, получать тройку. Но он не подает виду, смеется в трубку.

— Говорят, и тройка государственная оценка. В следующий раз получим пятерку.

Потом решительно подходит к доске оценок результатов боевой работы за сутки. Против графы отделения планшетистов выводит жирно единицу. Единица стоит среди пятерок и четверок и потому выделяется еще больше.

Давно во взводе связи не было таких комсомольских собраний. И если бы не ошибка Артамонова, то оно, наверное, не состоялось бы.

Да, рота неплохо работала в последнее время, и успехи не могли не радовать локаторщиков.

— Но вместе с радостью к нам, видимо, пришло и какое-то успокоение. А ведь может случиться, когда, ознакомившись с нашей работой, руководство скажет: «Была отличная рота и нет отличной роты».

Так говорил собравшимся на пункте управления замполит старший лейтенант Коваленко. Сидя вокруг огромного, затянутого калькой горизонтального планшета, комсомольцы слушали замполита, опустив глаза. Было неловко, стыдно.

И еще Коваленко говорил о том, что не те сейчас времена, чтобы можно было почивать на лаврах. Говорил о событиях во Вьетнаме, где фактически идет настоящая война с применением всех видов вооружения, о том, что американцы хотят расширить фронт этой войны.

Замполит недавно в роте. Спокойный и очень выдержанный человек. Никто не слышал, чтобы он когда-нибудь повысил голос, ругался. Можно только поразиться его терпению, с каким он разговаривает иногда с нерадивым солдатом. Сколько раз, слушая замполита, Чиглинцев давал себе слово не повышать голос в разговоре с солдатами, и не сдерживался: голос у него какой-то зычный!.. Хочет говорить тихо, а не получается. Просто беда. Даже замечания получал от командира роты за свою невыдержанность.

И потом Коваленко очень дотошный, до всего докапывается сам. Его можно увидеть и в индикаторной, и среди планшетистов пункта управления, и на радиостанции. И при этом он всегда находит себе дело, показывает, как нужно выполнять ту или иную работу. И уж если за что берется Коваленко, можно не беспокоиться: сделает так, что переделывать не придется. Он не считает зазорным взяться и за черновую работу. Если нужно, вместе со всеми долбит камень киркой, убирает территорию городка, красит мелом стены казармы.

Замполит напомнил локаторщикам о тех изменениях, которые произошли в вооружении капиталистических стран, о новых самолетах, обнаружить которые сложнее, потому что они приспособлены к полетам на низких высотах с большой скоростью.

— Сейчас очень важно обнаружить исходную засечку цели, чтобы правильно организовать перехват. А у нас, оказывается, не все это могут.

Это был упрек Артамонову, упрек Чиглинцеву, как групкомсоргу взвода связи, упрек всей комсомольской организации, которая, видимо, недостаточно уделяет внимания тому, чтобы все боевые расчеты работали слаженно, чтобы больше тренировались.