Мы уже уходили и спускались по ступенькам, когда мисс Джордан окликнула нас и, догнав, схватила Конклина за руку.

— Я все думаю и никак не могу решиться. Может быть, это просто сплетни и ничего больше, а мне бы не хотелось причинять кому-то неприятности.

— Можете не беспокоиться, Мэри, — утешил ее Конклин. — Если вам что-то известно или вы думаете, что вам что-то известно, вы должны рассказать нам.

Джордан оглянулась и, убедившись, что поблизости никого нет, снова повернулась к Конклину.

— Я тогда только начала работать в «Уэствуд реджистри», — понизив голос, заговорила она. — И одна девушка рассказала мне кое-что, но взяла обещание, что я никому больше не скажу. По ее словам, одна из выпускниц агентства ушла из дома, куда ее направили, никого не предупредив. И дело не в плохих манерах — у Ренфро остался ее паспорт, а без него на другую работу не устроиться.

— А в полицию о ее исчезновении сообщили?

— Думаю, что да. Но я знаю только то, что сказали. Что Хельга Шмидт пропала, и никто о ней больше ничего не слышал!

Синди пришла на собрание жильцов, когда страсти кипели уже вовсю. В фойе, куда набилось сотни две народу, яблоку было негде упасть. Председатель жилищного совета, Ферн Гальперин, маленькая, симпатичная женщина в очках, чья голова едва выступала над волнующейся толпой, тщетно пыталась перекрыть шум и гам.

— Пожалуйста, говорите по очереди! Не все сразу! По одному, — призывала мисс Гальперин. — Марджери, что вы хотите сказать?

Привстав на цыпочки, Синди увидела Марджери Глин, ту самую женщину, с которой познакомилась накануне возле мусорного контейнера. Сейчас она сидела на диванчике с еще тремя жильцами.

— Бланк! Из полиции мне прислали пустой бланк. Они и не собираются ничего делать. Собаки их не интересуют. А Барнаби был для меня почти ребенком. Теперь, когда его нет, я и нос из квартиры боюсь высунуть. И что мне делать? Заводить другую собаку? Или, может быть, купить пистолет?

— Мне это так же неприятно, как и вам. И страшно тоже, — отозвалась Ферн Гальперин, прижимая к груди крохотную собачонку. — Но оружие… это уж слишком! Кто еще?

Поставив на пол сумку, Синди повернулась к красивой брюнетке, стоявшей рядом с закусочным столиком.

— Что тут происходит? — шепотом спросила она.

— Слышали о Барнаби?

— К сожалению, да. Я как раз спустилась в подвал, когда Марджери нашла его.

— Какая мерзость! Барнаби, конечно, был не подарок, но чтобы убивать… Нет, это уже чистое сумасшествие. У нас ведь не Нью-Йорк!

— А было что-то еще? Просветите, я тут новенькая.

— С удовольствием. Так вот, случай с Барнаби не первый. Пару месяцев назад в лестничном колодце нашли мертвого пуделя миссис Нили, так эта бедняжка обвинила — кого бы думали? — себя саму! Потому что, мол, позабыла запереть дверь.

— Я так понимаю, что кто-то в этом доме сильно не любит собак.

— Да уж, — кивнула брюнетка. — Но это еще не все. В прошлом месяце мистер Фрэнкс, человек приятный во всех отношениях — он жил на втором этаже, — выехал из квартиры посреди ночи. Оставил Ферн конверт с записками угрожающего содержания, которые ему подсовывали под дверь на протяжении едва ли не полугода.

— И чем же ему угрожали?

— Смертью! Представляете?

— Но почему он не обратился в полицию?

— Думаю, обращался, но письма были анонимные. Копы поговорили с ним, задали положенные вопросы, а потом спустили дело на тормозах. Типичная ситуация.

— А у мистера Фрэнкса, надо полагать, была собака?

— Нет. У него была стереосистема. Кстати, я — Дебби Грин. — Брюнетка широко улыбнулась и протянула руку. — Из «2F».

— А я Синди Томас. Из «3B».

— Приятно познакомиться, Синди. И добро пожаловать в «Кошмар на Блейкли-Армс».

Синди неуверенно улыбнулась.

— Так вы не боитесь?

— Немного боюсь, — вздохнула Дебби. — Но у меня совершенно фантастическая квартира… Я сейчас встречаюсь с одним парнем. Надеюсь, уговорю его переехать.

— Везет же людям.

Между тем председатель предоставила слово пожилому сутулому джентльмену.

— Прошу вас, мистер Хорн.

— Спасибо. Что меня больше всего тревожит, так это то, что все делается исподтишка. Записки с угрозами под дверью. Убитые животные. Думаю, Марджери кое в чем права. Если полиция не способна нас защитить, давайте защищаться сами. Сформируем патруль из жильцов…

Продолжить не позволил взрыв голосов.

— Спокойно, народ! — закричала мисс Гальперин. — Поднимайте руки, пожалуйста! Том, вы хотите что-то сказать?