— Осторожнее, господин. Это может быть кто-то из китайских послов, причем высокого ранга.

Тэмучжин посмотрел на них с интересом. Он слышал о величественных городах Востока, но никогда не видел тамошних людей. Говорят, они многочисленны как мухи, а золота у них столько, что из него дома строят. Видимо, этот человек был важной персоной, иначе не путешествовал бы в сопровождении дюжины стражников и рабов, что несли его лакированный ящик. Такой ящик был необычным зрелищем в здешней глуши. Он поблескивал, а по сторонам был завешен тканью цвета солнца.

Держа стрелу на тетиве, Тэмучжин управлял конем одними коленями. Он опустил лук и коротко приказал остальным сделать то же самое. Если это ловушка, то китайцы очень быстро поймут, что сделали большую ошибку, придя в эти края.

Он натянул поводья. Его люди держали совершенный порядок и остановились мгновенно, как и он. Тэмучжин тщательно привязал лук ремнем к седлу, коснулся рукояти меча на счастье и подъехал к мужчине, стоящему в центре странного отряда.

И остановился в молчании. Эти земли по праву принадлежали Тэмучжину, и он не обязан был объяснять свое присутствие здесь. Желтые глаза твердо и с интересом смотрели на воина. Тэмучжин разглядывал его чешуйчатые доспехи. Как и ящик, чешуйки были покрыты веществом, которое блестело, точно черная вода. Связывающих чешуйки ремешков видно не было. Похоже, такие доспехи могут остановить стрелу, и Тэмучжин думал, как бы заполучить их на пробу.

Воин смотрел на хана из-под шлема. Лицо его было почти закрыто железными нащечниками. На взгляд Тэмучжина, вид у воина был болезненный — мертвенно-желтая кожа говорила о слишком частых ночных попойках. Однако белки глаз были ясными, и он не дрогнул при виде стольких вооруженных людей, ожидающих приказа.

Молчание затянулось. Тэмучжин ждал. В конце концов командир нахмурился и неловко произнес:

— Мой хозяин, господин нефритового двора, желает говорить с тобой.

Его говор был непривычен уху Тэмучжина. Как и его хозяин, Юань недолюбливал варварских воинов. У них не было понятной ему дисциплины, хотя боевой ярости им было не занимать. Он смотрел на них как на дурно вышколенных собак, и непристойно было говорить с ними как с людьми.

— Он прячется в этом ящике? — спросил Тэмучжин.

Командир напрягся, и Тэмучжин опустил руку поближе к мечу. Сотни вечеров провел он в учебных поединках с Арсланом и не боялся неожиданного звона мечей. Наверное, в его глазах мелькнула насмешка, поскольку Юань взял себя в руки и выпрямился, твердый как камень.

— У меня послание от Тогрула, хана кераитов, — продолжал Юань.

При звуке этого имени Тэмучжин навострил уши. Он и прежде слышал это имя, и в его лагере было трое бродяг, некогда изгнанных из этого племени.

— Продолжай, — потребовал Тэмучжин.

Воин заговорил так, словно повторял чужие слова, глядя куда-то вдаль.

— «Верь этому человеку и прими его как гостя от моего имени», — сказал Юань.

Тэмучжин вдруг ухмыльнулся, изумив китайца.

— Возможно, это действительно было бы разумно. А другого исхода ты не рассматривал?

Юань раздраженно ответил Тэмучжину:

— Другого исхода нет. Ты получил приказ.

Тэмучжин громко рассмеялся в ответ, а сам по-прежнему присматривал за воином, находящимся на расстоянии меча.

— Тогрул — хан кераитов, но не мой хан, — заявил он. — Здесь он не приказывает.

Однако его все больше интересовал этот отряд, забравшийся в земли вокруг его военного лагеря. Командир больше не стал ничего говорить, но от него волнами исходила напряженность.

— Я мог бы всех вас легко перебить и забрать все, что находится в вашем драгоценном ящике, — сказал Тэмучжин, скорее чтобы уязвить воина.

К его изумлению, на этот раз воин не разъярился. На лице его появилась мрачная усмешка.

— Тебе людей не хватит, — уверенно ответил Юань.

Тэмучжин уже готов был сказать что-то, но из ящика послышался резкий приказ на незнакомом Тэмучжину языке. Это было похоже на гагаканье гуся. Командир в знак повиновения тут же склонил голову. Тэмучжин не мог больше сдерживать свое любопытство.

— Хорошо же. Вы гости в моем улусе, — сказал он. — Поезжайте со мной, чтобы мои стражи не перестреляли вас. — Он заметил, как нахмурился Юань, и снова заговорил: — Поезжайте медленно, не делайте резких движений. В моем улусе есть люди, которые не любят чужаков.

Юань поднял кулак, и двенадцать носильщиков схватились за длинные шесты и встали как один, бесстрастно глядя вперед. Тэмучжин не знал, что обо всем этом думать. Он отдал приказ своим людям и поехал впереди, вместе с Арсланом и Джелме, остальные же пустили коней рысью, обошли маленький отряд и пристроились в конце.

Поравнявшись с Арсланом, Тэмучжин наклонился в седле и спросил шепотом:

— Ты знаешь этих людей?

— Встречался, — кивнул Арслан.

— Они для нас опасны? — Тэмучжин смотрел на Арслана. Тот задумался.