– Наташа где-то здесь, – Миша окинул взглядом расставленные вокруг усадьбы ангары. – Ее хотят на сундук выменять.

– На какой сундук?! – пискнул Геремор, едва не свалившись со скамейки.

Миша покачал головой.

– Ты что, забыл уже? На тот, который вы везли, чтобы обменять на меня.

Геремор икнул.

– Послушай, Миша… если им так нужен воплощ… сундук, тогда какого лешего они похитили Наташу, а его оставили?

– Качки перепутали по глупости. Во всяком случае, Чертопрыщенко так говорит. Говорит, должны были взять именно сундук.

– Чушь! – рявкнул Геремор. – Сам же понимаешь, что чушь! Если похитителям четко велели привезти сундук, они бы дождались нас в условленном месте, получили то, за чем их посылали – и все! Но перед ними явно поставили две цели, что при их скудоумии, согласись, просто издевательство. Ты видел когда-нибудь тролля, которому жена велела купить в лавке ско-во-род-ку и взби-вал-ку для мо-ро-же-но-го? Нет в мире более несчастного и жалкого существа. В лучшем случае он забудет купить сковородку или взбивалку, а в худшем – убьет хозяина лавки и потеряется. Я тебе точно говорю – длинному нужен и сундук и девушка.

– Но зачем?

Геремор смешно пожал мышиными плечами.

– Он их коллекционирует, – заявил Йорик.

– Я вот что предлагаю, – сказал эльф, – ты иди, заговаривай длинному зубы, а мы с Йориком отправимся на разведку. Если Наташа здесь, мы ее отыщем.

Миша вернулся в зал.

Чертопрыщенко все не было. От скуки Миша принялся бродить по залу. Переходя от картины к картине, от экспоната к экспонату он дивился тому, на каких странных вещах иногда зацикливаются люди. Изображения сундука обнаруживались в самых неожиданных местах: в рисунке штор, в оконной решетке. Даже подвески на люстре представляли собой крохотные хрустальные сундучки. Не каждому диктатору достается столько почета, сколько получил невзрачный, потрепанный и совершенно пустой сундук, оклеенный изнутри старой газетой.

Между сундуками, сундучками и сундучатами то и дело попадались портреты Наташи и ее предков по женской линии. Семейное сходство поражало, и милиционер без труда узнавал на пожелтевших фотографиях и гравюрах бабок, прабабок и троюродных теток своей невесты.

«Маньяк!» – подумал Миша – «Ей-богу, шизоид. Мечта психоаналитика…»

– Гхм! – раздалось за спиной.

Миша стремительно обернулся. Перед ним стоял Чертопрыщенко, придерживая под руку одетую в бордовый костюм миловидную зеленоглазую барышню с пышными каштановыми локонами до плеч. На ее щеках играл румянец, а губы были столь нестерпимо пунцовыми, что покажи их по телевизору – прожгло бы дыру в экране. Нижнюю губу украшал жутковатый пирсинг в виде скорпионьего жала.

– Прошу прощения за задержку, – пробормотал Виктор Антонович. – Приводил девушку в порядок, знаете ли. Позвольте представить вам Любу, мою очаровательную отважную помощницу. Хотя… в некотором роде вы уже знакомы.

Знакомы? Миша поднял глаза на Любу. Нет, вряд ли он ее где-то видел. Нет, не знакомы. Хотя… Этот бордовый костюм, эта узнаваемая фигура… Ноги в синяках и ссадинах…

– Велосипед?!

Чертопрыщенко удивленно оглянулся.

– Где велосипед?

– Это моя собачья кличка, – подала голос Люба. Она бросила на Мишу насмешливый взгляд.

– Какого дьявола вы прикинулись псиной? – выпалил милиционер.

Девушка пожала плечами.

– Чтобы следить за вами, конечно же. Как бы еще Виктор Антонович узнал о ваших планах? Идеальная маскировка. Если бы не блохи… – она передернула плечами. Дрогнуло «скорпионье жало» в губе.

– Так вам и надо! Мата Хари, блин! – Миша раздраженно сплюнул.

– В храме не плевать! – взвизгнул Чертопрыщенко. Но через секунду взял себя в руки и добавил: – Скоро утро. Давайте все-таки выпьем по чашечке кофе и все спокойно обсудим.

Ночная тьма висела над больницей. Луна хоть и показалась над краем горизонта, но света почти не давала.

Геремор и Йорик осматривали ангары. Как две черные тени они перебегали от здания к зданию, тихонько приоткрывали двери и заглядывали внутрь.

– Гляди, молятся! – прошипел Йорик, когда они добрались до очередного ангара. Геремор вытянул шею.

К дальней стене длинного полутемного зала был прикреплен экран, на который проецировалось изображение сундука. В полнейшей тишине с полусотни мужчин и женщин в синих тренировочных костюмах стояли на коленях и клали сундуку истовые поклоны.

– Знаешь, – сказал Йорик, когда они отправились дальше, – вот спасем Наташу, и я придумаю собственную религию. Чем я хуже сундука?!

– У сундука есть огромное преимущество, – ответил Геремор.

– Какое же?

– Не болтает ерунды.

Следующий ангар был заперт на огромный висячий замок.

– Вот оно! – радостно прошептал череп. – Там ваша Наташа.

– С чего ты взял? Там может быть что угодно.

– Да точно тебе говорю! – заявил Йорик. – Как откроешь, она сразу выскочит – и ну тебя обнимать! Хотя это несправедливо. Это ведь я альтер эго, а не ты…