Миссис Ариес замолчала, и я довольно бесцветно произнесла:

— Да?

— Я имею в виду — хоть это и звучит смехотворно, — что она вообразила себя обладательницей неких сверхъестественных сил, если можно так выразиться.

Я не могла представить себе доктора Джоэла с матерью-ведьмой и улыбнулась.

Миссис Ариес сделала жест в мою сторону.

— Не отмахивайтесь от моих слов, Дженни. Люди могут становиться теми, кем они верят, что являются. И от этого иногда способны на нехорошие поступки. Конечно, мои ранние попытки подружиться с Литой потерпели неудачу. У нас слишком отличались интересы и вкусы. В то время я считала ее глупой молоденькой девочкой, недостойной Льюиса. Она была и есть в определенном смысле обаятельна, если вам нравится такой типаж. Но уже не молода и не глупа. Я не уверена, что вам стоит с ней встречаться, но Джоэл настаивает.

— А что ее сын думает о ее… хм, способностях? — поинтересовалась я.

— Боюсь, он под влиянием ее чар. Думаю, он был немного удивлен, но остался с ней нежен и терпелив. Что неудивительно, ведь он рос с ее эксцентричностью и уже привык к ней.

Под спокойным тоном Коринтеи Ариес я ощутила поднимавшееся в ней глубокое возмущение. Видимо, она никогда не делилась этим со своими близкими, а я оказалась в роли случайной слушательницы.

Я задала ей другой вопрос.

— Доктор Радбурн не женат?

— Вряд ли его жена смогла бы ужиться с Литой. Она устроила бы такое соперничество. Я не имею в виду все эти психологические комплексы, которые сейчас так популярны — просто ей нравится делать все по-своему. Женщины обожают Джоэла, и он обожает их. Но в действительности он "женат" на своих исследованиях и всегда ставит работу на первое место.

У меня самой был муж, "женатый" на своем всепоглощающем хобби — горных восхождениях, и хотя интерес Джоэла Радбурна казался мне более значимым, я даже пожалела женщину, которая могла бы в него влюбиться.

— Но в данный момент, — продолжала миссис Ариес, — гораздо важнее то, что Лита попросила Джоэла привести и вас и девочку. Что бы ни было тому причиной, я решила, что вас нужно предупредить. Она даже меня пригласила, хотя и знает, что я не приду. Мы с Литой уже много лет не разговариваем. С тех пор, как она обвинила моего внука — ему было тогда тринадцать, — в краже какого-то пустякового предмета, которым очень дорожила.

Миссис Ариес прервалась и с минуту молчала. Потом она продолжила, уже более спокойно.

— Я много лет ни с кем об этом не говорила, но поскольку вам предстоит встреча с матерью Джоэла, вы должны знать мою версию нашей размолвки. Обвинения Литы показались мне просто смешными, и после случившегося я старалась держать Эдварда подальше от Ок-Бей. Взрослея, мальчики все больше расходились, и я много лет не осознавала, что Лита могла быть тогда права. Джоэл милый, он не имеет и не имел отношения к тому, что он называет нашей "вендеттой". И безусловно, он всегда был мне предан.

Все это никак не относилось к тому вопросу, который единственный меня касался, и я попыталась отвлечь ее от неприятных воспоминаний.

— У вас нет каких-нибудь фотографий вашего внука? — спросила я.

— Я почти все уничтожила после его отъезда, не хотела, чтобы мне хоть что-то о нем напоминало.

Точно так же, как она уничтожила фотографии ребенка Пиони, подумала я. Словно она могла этим жестом стереть часть своей жизни.

— Однако я нашла несколько снимков, которые случайно уцелели. После приезда Элис я пыталась найти сходство. Но они не слишком хорошие. Они в конверте, там, на столике рядом с вами. Только многого они вам не скажут.

Я взяла конверт и вытащила из него три маленьких фотографии. Первая была снята в саду Радбурн-Хауса. Юный Эдвард стоял рядом бабушкой, почти такой же высокий как и она. Он был довольно мрачен — худой молодой человек с острыми чертами лица. На втором снимке он был запечатлен в белых теннисных шортах с ракеткой в руке. Рядом с ним стояла молодая девушка. Эта фотография была цветной. Его темные волосы искрились на солнце, но черты лица были смазаны. На третьем фото он был снят в профиль, и слишком нечетко, чтобы можно было о чем-то судить. Похоже, у Элис было с ним некое сходство облика, но ничего определенного.

— Как вы думаете, Элис похожа на него? — поинтересовалась я.

Миссис Ариес неопределенно махнула рукой.

— Не слишком. Хотя временами… я не знаю.

— А каким был ваш внук?

— Внешне — гибкий, жилистый, вечно слишком худой и слабосильный. Ребенком он много болел. Когда он жилсо мной после гибели родителей, то однажды чуть не умер от скарлатины.

Я вспомнила, как Кирк говорил, что Эдвард был не слишком силен. Интересно, что было бы, если бы я передала миссис Ариес то, что он сообщил мне сегодня утром? Но я пока что не могла этого сделать. Сначала надо побольше узнать о его намерениях. Нужно будет в ближайшее время еще раз поговорить с Кирком Маккеем. Я сложила фотографии обратно в конверт и отложила его в сторону.