— Я так не думаю, — снова сказала Элис, отодвигаясь назад. — Когда я была маленькая, я много болела. Я все время плакала. И меня шлепали. Я не хочу вспоминать. Мне от этого становится страшно.

Мне самой поплохело — потому что воспоминания, которых она боялась, могли касаться того ужасного времени, когда она страдала без меня после похищения. Возможно, это как раз и был способ узнать правду. Не внезапное озарение, а постепенное складывание маленьких и больших кусочков. Правда, я сомневалась, что закон примет в качестве доказательств такие неясные воспоминания. Как они смогут перебить документы Пиони?

Когда мы покончили с первыми порциями и снова направились к столу за едой, Лита пошла рядом со мной, пропустив вперед Элис с Джоэлом.

— Можно вернуть ее в прошлое раньше того неприятного времени. В трехлетний возраст и даже еще меньше.

Я засомневалась.

— А если она помнит только крокодилов?

— Разве не лучше знать точно? Кроме того, подобного не случится. Я в этом уверена.

Я растерялась, не зная, на что решиться.

— Вы когда-нибудь пробовали гипноз на ребенке?

— Не так чтобы прямо пробовала. Мы поговорим об этом в другой раз.

Мы уже приканчивали кофе с пирожными, когда к Джоэлу подошел метрдотель и сообщил, что ему звонят. Джоэл тут же пошел отвечать на звонок. И вскоре вернулся с серьезным выражением лица.

— Это Диллоу, Айрис сказала ему, где я. Боюсь, нам нужно срочно возвращаться. Произошел несчастный случай, Коринтея попросила Диллоу позвонить мне. Мы подбросим тебя до дома, — обратился он к матери, — и потом я вернусь вместе с Дженни и Элис в Радбурн-Хаус.

Мы вышли на улицу, и Кирк подогнал машину. Джоэл тихо дал ему какие-то указания. В этот раз Элис слишком снедало любопытство, чтобы можно было позволить ей сесть спереди. Я посадила ее к себе на колени, почти боясь к ней прикоснуться. Из-под джинсовой юбки виднелись длинные худые ноги. У Дебби ножки были детские — коротенькие и пухленькие.

По дороге Джоэл рассказал нам все, что ему было известно.

— По словам Диллоу, Фарли упал с черной лестницы и получил травмы.

— О, здорово! — восхитилась Элис.

Джоэл осуждающе покачал головой.

— Диллоу сказал, что дядя Тим столкнул Фарли с крутой лестницы, и тот потерял сознание.

Это сообщение только прибавило Элис энтузиазма.

— Еще лучше! Дядя Тим молодец!

— Не стоит желать людям зла, даже если они тебе не нравятся, — тихо произнесла Лита Радбурн.

Если Элис перед кем и благоговела, так это перед матерью Джоэла, она считала ее почти волшебницей. Но все равно с ней заспорила.

— А если я так на самом деле думаю? Почему я должна притворяться?

Джоэл засмеялся.

— Ты права, Элис. Ты ведешь себя честнее. Но желая называться цивилизованными людьми, мы должны стараться понять и других. Я думаю, даже Фарли Корвин так поступает.

Элис явно имела другую точку зрения.

— Я надеюсь, что он попадет в больницу и надолго там останется. Так может случиться, доктор Джоэл?

— Мне нужно осмотреть его и выяснить, есть ли в этом необходимость, — ответил тот.

— Может, я смогу чем-то помочь? — предложила Лита. — Я хочу поблагодарить Коринтею за статуэтку и заодно окажу ей поддержку в семейном кризисе. Ведь все случилось из-за тебя, Джоэл.

Он снова покачал головой.

— Не сейчас, мама. Ну вот, ты дома, и я теперь тебя оставляю. Я позвоню, как только что-то узнаю. С Коринтеей ты поговоришь в другой раз.

Перед тем, как выйти из машины, Лита коснулась моей руки.

— Мы еще увидимся, и очень скоро. А пока… просто поверьте.

— Во что?— заинтересовалась Элис, пока Кирк открывал для Литы дверцу машины.

Я дала Элис съехать с моих колен на сидение между нами с Джоэлом, и пока мы трогались, он отвлек ее от щекотливого вопроса.

На этот раз Кирк ехал в Викторию более быстрым и менее "экскурсионным" маршрутом, и поскольку пригороды здесь не были обширными, вскоре мы уже выезжали на подъездную дорожку Радбурн-Хауса.

— Фамилия вашего отца Радбурн, почему же он не жил здесь? — спросила я у Джоэла.

— Это также и девичья фамилия миссис Ариес. Она стала наследницей, поскольку ее семья была ближе по семейному древу. После свадьбы она вместе с мужем приехала сюда, в город, где выросла. Хотя полагаю, отца всегда раздражало, что он является более дальним наследником.