В начале был белый. Бог собрал его из разных цветов и хранил это в тайне, пока сэр Исаак Ньютон не провел наблюдения в затемненной комнате в конце семнадцатого столетия:

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО

Белый и все серые цвета между белым и черным, могут быть разложены на все цвета, и белизна солнечного света раскладывается на все первичные цвета, смешанные в определенной пропорции. Солнечный свет попадал в темную комнату через маленькую круглую дырку в одном из ставней, и затем преломлялся призмой, так, чтобы изображение можно было наблюдать на противоположной стене: я держал белый лист бумаги таким образом, что он мог подсвечиваться отраженными оттуда цветными лучами...

(Исаак Ньютон, Оптика)

Если оглянуться назад, можно ли увидеть сквозь призму сэра Исаака Ньютона Озириса, бога Белого Нила, бога воскрешения и возрождения, в белой короне и белых сандалиях, лишенного цвета? Тогда белый был бесцветным, но после Ньютона мы уже не можем так считать. Возможно, об этом говорит нам зеленый скипетр, который Бог держит, словно подснежник, чтобы провозгласить возвращение весны.

Белый - это мертвая середина зимы, чистые и непорочные подснежники, Galanthus nivalis (колокольчики Сретения), украшающие церкви 2-го февраля, в день празднования Непорочности Девы... но не забирайте эти подснежники домой, они приносят несчастье, вы можете даже умереть: потому что подснежники - это цветы смерти, напоминающие покойника в саване. Белый - это цвет траура, везде, за исключением христианского Запада, где цвет траура черный - но объект траура белый. Вы слышали когда-нибудь о покойнике в черном саване?

Если вертеть разноцветное колесо достаточно быстро, оно покажется белым, но если смешивать краски, как бы вы ни старались, получится лишь грязно серый.

То, что в результате смешения всех цветов получается белый - глупость, которую люди привыкли доверчиво повторять уже сотню лет, вопреки тому, что говорят им их органы чувств.

(Иоган фон Гёте, Теория цвета)

Свет в нашей тьме.

Мандала - результат вращения колеса. И в ней можно увидеть, что боги - белые; столетиями раньше, чем Св. Иоанн придумал христианский рай, с райской толпой в белом, поклоняющейся Агнцу, греки и римляне отмечали сатурналии - 17 декабря. Меланхоличный Сатурн, как Озирис и грядущий Христос, был белым богом, которого почитали в белом, с небольшой примесью зелени Озириса в пальмовых листьях, которые поклонявшиеся держали в руках. Празднование заканчивалось в день Нового года, когда Консул, в белом и на белом коне, воздавал почести Юпитеру на Капитолии.

Я мечтаю о белом Рождестве [5] . Эта песня могла быть спета только в Калифорнии, рядом с бассейном. Здесь же при первых признаках снега британские железные дороги замирают, пути становятся непроходимыми, и даже тротуары опасны, потому что соль разъедает обувь. Рождество, роды девы. Белый хлопок. Бороды из ваты. И тотальный обмен ненужными подарками. Барометр настроения падает в область депрессии. Дитя благих намерений, обратившееся в свою противоположность: страх, отвращение, безумные американские проповедники, которые орут на вас. Спаситель, который не спасает ничего, кроме своих собственных иллюзий, и уж точно не белых рождественских индюшек, сваренных заживо, после того, как они провели в толпе себе подобных весь год (да, вот уж кто мечтает о белом Рождестве!)

Всему королевству было приказано носить траур по Мумтаз Махал в течение двух лет, и мрачная тишина повисла над Северной Индией. Не было публичных развлечений, музыка, ювелирные украшения, духи, пышные наряды, одежды ярких цветов были запрещены, и каждого, кто осмеливался выразить неуважение к Королеве, казнили. Шах Джехан не показывался на публике, тот самый правитель, который однажды надел мантию, столь плотно усыпанную драгоценностями, что нуждался в поддержке двух слуг, теперь носил простые белые одежды.

(Шатин Саван, Шах Джехан, Тадж Махал)

У белого огромная покрывающая способность. У семьи, заботящейся о белизне своей репутации, не возникает вопросов о румянце невесты под вуалью.

Чистота белого - не помеха желанию, но оно скрыто под свадебными одеждами. Невеста прячет свое алое и черное сексуальной белье, купленное в Сохо для медового месяца. Белые кружева маскируют ее беременность. Лучший друг жениха, Дэвид, шепчет ему в ухо, "Кончи мне в рот, кончи мне в рот! "

Одна книга открывает другую [6] . Из слез Сатурна образовалось широкое соленое море. Соль - горькая и печальная. Соляные копи. Соль земли - это ее душа, она драгоценна, хотя вы и бросаете ее щепотку через плечо. Мудрость просоленного морского волка. После того, как соль благословляли, ее добавляли в воду для крещения. Христос, соль земли, сохраняющий навечно наши земные тела. В соли заключена чудесная мудрость. Настолько дорогая, что ее кладут в специальные драгоценные раки на столе для почетных гостей. Св. Хилари сказал "Пусть мир будет слегка посыпан солью, но не затоплен ей".

Разве не белый заставляет отступить темноту?

(Витгенштейн, указ. соч.)

В бабушкиной гостиной я играю с мамой в Маджонг. Мы строим стены из маленьких кирпичиков цвета слоновой кости. На каминной полке две фигурки из слоновой кости, изображающие Тадж Махал в миниатюре, траурный мраморный белый. Все античные монументы - призрачно белые, с греческих и римских статуй время смыло цвета. Поэтому, когда итальянские художники пытались возродить античность, они ваяли обнаженные скульптуры из белого мрамора, хотя на самом деле те скульптуры были разноцветными - кто был самый белый ваятель? Канова? Мертвенные Купидон и Психея? Три призрачные грации? Духи из античности. Тот мир стал призрачным для художников.