— Почему бы тебе просто не убить меня сейчас? — спросила я, надеясь, что он не посчитает это приглашением.

Натан просто пожал плечами и сказал:

— Потому что без приказа на уничтожение мне не заплатят.

— Приказ на уничтожение?

Может ли это стать еще более похожим на плохой ужастик?

— Если ты решишь не обращаться в «Движение» с просьбой о принятии тебя в члены, я доложу о тебе. Ты будешь изучена их системой, и через несколько дней будет издан приказ на уничтожение, — Натан снова пожал плечами, как будто его совсем не волновал наш разговор. — Полагаю, ты можешь сбежать, но до тех пор, пока в моих руках не будет приказа, я не собираюсь что-то с тобой делать. Я не работаю бесплатно.

Я могла бы поспорить, что он может просто убить меня, а уже потом сообщить. К счастью, здравый смысл, который, казалось, покинул меня в последние несколько недель, вернулся обратно, и я прикусила язык.

— Да ты прямо Хан Соло[9].

Он не улыбнулся и не рассмеялся. На самом деле, он выглядел даже более мрачным, чем раньше.

— Все зависит от тебя. Прошение о членстве или смерть. Я могу позвонить им прямо сейчас.

— Отлично, — выдавила я сквозь сжатые зубы. — Могу я, по крайней мере, обдумать свое решение?

Вампир нахмурился и опустил голову, изучая меня уголком глаза, как будто это было шуткой.

— Что ты предлагаешь?

Я осторожно выбирала слова.

— Дай мне шанс прочитать «Сангвинар» и немного времени, чтобы все это улеглось. Я не верила в вампиров или монстров до сегодняшней ночи и нахожусь в состоянии, которое в медицине называют шоковым. Будет справедливо, если я узнаю во что собираюсь ввязаться. Кроме того, я умная девушка и не собираюсь присоединяться к какой-то организации просто потому, что ты заявил, что они хорошие парни.

— Они хорошие парни, — в его тоне не было веселья, лишь абсолютная уверенность в истинности своих слов.

Я закатила глаза:

— Да, то же самое о себе говорили нацисты.

Натан медленно поднялся на ноги. От него исходила сила, темная и едва сдерживаемая. И это, вкупе с его физическим присутствием, делало его более пугающим, чем был Джон Доу, когда погрузил в меня свои клыки.

Конечно, Джон Доу не был таким чувственным. Каким-то образом мое физическое влечение к Натану заставляло его казаться еще более опасным.

Но он не напал на меня. Он просто вторгся в мое личное пространство и разрушил мою комфортную зону.

Он наклонился так, что наши носы почти столкнулись.

— Как я узнаю, что ты не дурачишь меня, чтобы получить возможность вернуться к Киру под его защиту?

— Потому что пока ты не упомянул об этом, подобная мысль не приходила мне в голову, — не знаю, ожидал ли он, что я съежусь или заплачу, или растаю в его руках, но, судя по яркому блеску его глаз, я его удивила.

— Дай мне пару недель. Ты можешь даже следить за мной. В конце этого срока я дам тебе ответ.

— Или ты будешь кричать от боли, — Натан снова попытался запугать меня, но я была уверена, что сегодня он не убьет меня. Что-то в том, как он осматривал мое тело, как он делал это сейчас, грубыми и голодными глазами, говорило мне, что женщины — его слабое место. Или твердое место, зависит о того, как вы смотрите на это.

Намеренно медленная улыбка появился на моих губах:

— Разве я похожа на девушку, которая сбегает от проблем?

Он скрестил руки на груди:

— Ты сбежала от Зигги.

Туше.

— Да, но у Зигги был топор. Ты собираешься убить меня голыми руками?

Он усмехнулся:

— Я очень хорошо умею работать руками.

Чертовы гормоны, Бэтмен.

Дверь в комнату Зигги распахнулась, и Натан немедленно отступил. Парень как фурия ворвался в кухню, показывая Натану средний палец.

— Знаю, знаю. У меня с утра уроки, я должен отдохнуть, — пробормотал подросток. — Нужно прочитать "101 ключевую идею психологии"[10], а для этого нужно сначала проснуться. Я просто сделаю сэндвич перед сном.

— Сном? — тупо спросила я, глядя на часы. Десять минут одиннадцатого. — Мне надо идти.

Натан последовал за мной до дверей.

— Ты не думала, что то, что ты делаешь, заставит Кира искать тебя.

Не думала.

— Я скажу ему, чтобы убирался, и что поняла намек, — ответила я. Мое беспокойство проскользнуло в вымученном смешке.

Мысль, что я была на кровном уровне связана с монстром, который атаковал меня, оказалась невыносимой. Мало того, что он вторгался в мои кошмары. Его кровь тоже стала частью меня.