— Я ведь прав?

Иллюзорное желание, которое овладело мной, сменилось горячей электрической дрожью, когда его пальцы проникли под чашечки моего бюстгальтера. Кир усмехнулся в ответ на мой тихий стон:

— Я не пользуюсь нашей связью сейчас, Кэрри.

Я отстранилась, хотя мое тело требовало продолжения.

— Давай проясним кое-что. Я пришла сюда, чтобы выполнить свое обещание. А твои прикосновения и тому прочее не были частью нашего соглашения.

— Бьюсь об заклад, я смогу изменить твое мнение в ближайшее время, — вновь усмехнувшись, произнес он. — А пока позволь мне показать тебе дом.

Я поправила сумку, висящую на плече.

— Я могу распорядиться, чтобы твои вещи доставили к тебе в комнату, — сказал Кир.

— Предпочитаю держать их при себе.

— Как тебе будет угодно, — голос был вежливым, но Кир, очевидно, не любил, когда кто-то перечил ему.

Проходя по холлу, мы привлекли несколько любопытных взглядов. Он даже не обратил внимания на группу вампиров, когда наклонился, чтобы прошептать мне на ухо:

— «Клыки», — объяснил он, — Байкерский клуб Невады. У них проблемы с «Движением», и они попросили убежище у меня. А теперь диван в холле весь провонял… Чем балуется сейчас молодежь? Марихуаной[9]?

— Да, уже как пятьдесят лет. — Я принюхалась. — Запах напоминает мне колледж. Ты когда-нибудь ее пробовал?

Его глубокий сильный смех отразился эхом от блестящего мраморного пола.

— Кэрри, неужели я похож на того, у кого есть такая отвратительная привычка — баловаться сигареткой? Я предпочитаю более изысканные дурманящие вещества.

Мы вошли в коридор. Длинные окна отбрасывали на пол серебряные квадраты лунного света. Сквозь темноту я увидела картину, висящую на стене, на которой была изображена мрачная фигура обезглавленного трупа.

— Это Гойя[10]?

Хотя его персонажи зачастую были окровавленными, сами работы художника высоко ценились. А в таком доме, как этот, с его декадентской[11] обстановкой и круглосуточной охраной, я предположила, что мой создатель мог оказаться еще кровожаднее Гойи.

Подумав о том, что Натан, вероятно, сейчас рвет и мечет в своем обгоревшем магазине, я сразу же пожалела об этой мысле.

— А ты знаешь толк в искусстве, доктор. Очень хорошо, — Кир грустно вздохнул. — Это всего лишь копия. Оригинал висит в Прадо[12], несмотря на мои многочисленные попытки купить его.

— Это действительно хорошая копия.

Я протянула руку, чтобы потрогать полотно, но Кир с виноватой улыбкой схватил меня за запястье:

— Пожалуйста, не прикасайся к нему. Несколько лет назад у меня жило домашнее животное с исключительным талантом. Вакханальная[13] оргия в моей спальне тоже его рук дело. — Большой палец Кира погладил мою почти просвечивающуюся сквозь манжет кожу, вызывая дрожь по всей руке. — Хочешь узнать, что может последовать за этим?

Я одернула руку:

— Давай не будем сейчас испытывать судьбу.

Он усмехнулся и взял меня под руку:

— Сюда.

В конце коридора находились большие двойные двери. Они вели в бальный зал, который мне удалось увидеть в свой первый визит, хотя мы вошли с другой стороны. Комнату превратили в импровизированный гараж с рядами мотоциклов, припаркованных на простынях, чтобы защитить пол. Кир с отвращением рассматривал этих железных коней.

— Никогда не понимал необъяснимое влечение людей к таким средствам передвижения.

— Ты всегда ездил с шоферами? — спросила я, пробегаясь пальцами по хромированному баку мотоцикла.

— Не совсем. Я родился за шестьсот лет до появления современного автомобиля.

— Шестьсот лет… — я шумно сглотнула. — Так ты жил в эпоху рыцарей, доспехов и всего прочего дерьма?

— Да, Кэрри. И всего прочего дерьма.

Я заметила, что он закатил глаза, но больше ничего не ответил, а вместо этого повел меня дальше.

В столовой была сделана перестановка, чтобы можно было вместить большее количество людей. Она напомнила мне большой зал из средневекового фильма. Я последовала за своим создателем на кухню, где стояли огромные промышленные печи. Блестящие кастрюли и сковородки висели на стене. Единственным человеком в комнате был пожилой дворецкий, который, не отрываясь, наблюдал за нами, когда мы вошли.

— Как ты можешь позволить себе все это? — спросила я, пока мы шли через комнату.

— Добрый вечер, Кларенс, — мимоходом сказал Кир, как будто не заметил очевидной враждебности дворецкого. Затем повернулся ко мне и ответил: — В свое время я убил много состоятельных людей и мудро вложил их добро. Твоя спальня располагается в крыле для семьи, конечно же, — уточнил он, когда мы поднимались по черной лестнице. — Но мы сначала пройдем мимо комнат, в которых живут слуги, поэтому ты будешь знать, где это находится.