Шрифт:
Сол скептически посмотрел на нее, но она продолжала его уговаривать:
— Тебе не придется ничего делать. Я буду приходить каждый вечер и кормить их.
— Правда?
— Значит, я могу запереть их у тебя в прачечной?
— Ты будешь приходить каждый вечер?
— Каждый, — заверила его она. — От тебя потребуется лишь выпускать их каждое утро из прачечной.
— И все?
— И все. — Она пожала плечами, затем улыбнулась. — Впрочем, даже если ты скажешь «нет», я все равно буду приходить каждый вечер. Я помогаю Алеку.
— Каким образом?
— Я работаю в центре социальной поддержки одиноких больных граждан. Помогаю им по дому, привожу продукты.
— Ты это делаешь?
Теплота, с которой прозвучал его голос, застала Кэсси врасплох. Она пожала плечами.
— Мне нравится.
— И как долго ты этим занимаешься?
— Десять лет.
Последовало продолжительное молчание.
— Как долго ты помогаешь Алеку? — наконец спросил Сол.
— Два года.
— Два года? — Он пристально посмотрел на нее. — Он болен уже два года и даже не позвонил мне?
— О нем было кому позаботиться.
— Да, но…
— Но что? Ты бы приехал, убедился, что о нем заботятся, и уехал бы снова.
Он провел рукой по волосам.
— Сколько ему осталось?
— Разве мы, простые смертные, вправе об этом судить? — Она вздохнула.
Сол тупо уставился в пустоту, и у Кэсси защемило сердце. Почему к некоторым жизнь бывает так
несправедлива? Кто распорядился так, что у Брайана была дружная любящая семья, а у Сола нет?
Но она тут же отбросила эту мысль. Брайан мертв. У него больше ничего не было.
— Почему ты не сообщила мне, Кэсси? Ты могла бы позвонить или написать.
— Так решил Алек.
— И?..
Сол не сводил с нее глаз, и у нее возникло ощущение, что он по-прежнему может читать ее мысли.
— Ты не ответил на мое последнее письмо.
Его глаза потемнели, затем он опустил их, и внутри Кэсси что-то болезненно сжалось.
— Но ради этогоя бы приехал.
Похоже, приглашение на ее свадьбу для Сола было не столь важным поводом. Он словно навсегда вычеркнул из своей памяти Шофилд. А вместе с ним и ее, Кэсси.
— Ты уехал из города, оставив всех нас далеко в прошлом. — Возможно, так было лучше. — Я не думала, что ты когда-нибудь вернешься, поэтому не стала с тобой связываться. Мне казалось, последнее, чего ты хотел в своей жизни, это иметь дело с кем-то из прошлого.
Его руки сжались в кулаки.
— Вот тут ты ошибаешься.
— Ты мог бы сообщить мне об этом десять лет назад.
Он снова уставился в пустоту, и Кэсси содрогнулась. Она никогда не видела его глаза такими темными… такими…
У нее пересохло во рту.
— Почему ты вернулся, Сол?
Он пожал плечами.
— Думаю, из любопытства.
Их взгляды встретились, и по его глазам Кэсси поняла, что он лжет. И все же что заставило его вернуться?
ГЛАВА ВТОРАЯ
— На улице жарко, Алек. Может, все-таки поешь салата?
— Сосиски, картофельное пюре, горох и морковь, — повторил Алек. — Мне плевать на жару.
— Хорошо, хорошо. — Кэсси достала из холодильника продукты. — Лови. — Она бросила ему морковку. — Почисть ее, пока я занимаюсь картошкой.
В ответ Алек заворчал, и девушка улыбнулась. Она знала, ему нравилось, когда с ним обращались, не как с инвалидом.
— Где Сол?
— Его нет.
— Нет? — тупо повторила она, затем закусила губу, чтобы не спросить, куда же он ушел.
— Чем ты его так расстроила, что он ушел? — Глаза Алека буквально сверлили ее.
Кэсси охватило негодование.
— Я его не расстраивала.
— Ну конечно!
Или все же расстроила? Кэсси положила сосиски в гриль.
— Наверное, его расстроило возвращение домой.
— Гм!
— Ты должен признать, что с домом у него связано не много приятных воспоминаний.