– Я плохо понимаю по-русски, - смеясь, сказала Мария.
– Поясни.

– Я могу и по-турецки, - серьёзно заметил Ибрагим, но продолжил, всё-таки, на русском.
– Всё началось с торгового пути европейцев в Индию. Красное море - вотчина мусульман, и страны ислама процветали. Потом португальцы открыли Америку. Удача ушла к христианам: покладистых завоевали, упрямых истребили, выдумали прогресс и вновь попали на деньги: нефть у Востока! И к мусульманам вернулось счастье...

– Но недолго музыка играла, - насмешливо перебила мужа Мария.

– Верно!
– благодушно согласился Ибрагим.
– Русские полетели на Луну за гелием-3 и вместе с Америкой установили монополию на его добычу. Восток, чтоб не нарываться на космический вариант Персидского залива, мудро отошёл в сторону и прибрал к рукам малые планеты. И вот: у супердержав до сих пор проблемы с энергетикой изотопа гелия. Зато реголит Эроса оказался удивительным катализатором, который позволяет качать чистый водород со дна Чёрного моря. Удача вновь на стороне ислама!

– Но дорогой, - встревожено заметила Мария.
– Из твоих слов следует, что именно в этот период следует быть христианином!

– Это ещё почему?

– Ну, как же... следим за подачами: Индия - Восток, Америка - Запад, нефть - Восток, гелий - Запад, реголит - Восток... значит, сейчас весы вот-вот качнутся в сторону христиан?

– Твои слова дурно пахнут, женщина!

Он увидел, как Мария принюхивается, и замолчал. Воздух и в правду отдавал тухлыми яйцами.

Сердце на мгновение замерло, а потом ударило сильнее. И чаще. Ибрагим вскочил. Вниз, к палубе. Перегнулся через борт. Здесь сероводородная вонь была просто невыносима. Запершило в горле, заслезились глаза. Поверхность моря рябила, как при дожде. Под ярким солнцем зрелище выглядело необычным и пугающим.

Малик вернулся на спардек.

– В костюм химзащиты, - сухо бросил он жене.
– Поспеши, женщина, я буду очень расстроен, если кислота оставит пятна на твоей нежной коже...

– Ты так и не выкупался, - расстроилась Мария.

– Ещё накупаюсь...
– пообещал Ибрагим.
– До вечера далеко.

Он запустил двигатель, круто переложил штурвал и по короткой дуге развернул катер. Потом, придерживая рукой штурвал, переоделся в комбинезон. А через несколько минут им пришлось надеть респираторы.

Каким образом Ибрагим выбирал направление, Мария не знала. Но когда на горизонте затемнела серая дымка смога и чёрная точка баржи в ней, ничуть этому не удивилась.

***

Познакомились они весенним московским утром на входе метро "Проспект Вернадского". Событие вполне заурядное, если бы не обстоятельства: оба учились на третьем курсе института нефтехимии и газа и жили в одной общаге на улице Волгина. Прожить три года под одной крышей общежития керосинки и не заметить друг друга?

Чтобы однажды быть прижатыми лицом к лицу в переполненном вагоне метро?

"Рука Аллаха!" - понял Ибрагим.

"Пути Господни..." - подумала Мария.

Ежевечерний променад по Юго-Западу однажды вылился в воскресную верховую прогулку в Битце. По будням - Воробьёвка, Лужники. По погоде - с Курского вокзала электричкой до Чехова, а оттуда до Волосова автобусом: дельтаплан, парашюты. Зимой - лыжи... а летом он увёз её в Юго-Восточную Анатолию, в диярбакырский вилайет, под горячее дыхание Сирийской пустыни.

Они бродили по убитой солнцем степи и любовались далёкими горами с голубыми вечноснежными вершинами.

Как-то Малик поведал, что работает в исламской энергетике с восьми лет, когда ему доверили собирать тезек - твёрдотопливный элемент для обогрева хижин из саманного кирпича.

"Что ещё за "тезек"?
– удивилась Мария.
– На лекциях нам такого не давали!"

Он привёл её к пастухам. Объяснил, что тезек лучше собирать вечером, когда стадо выгоняют с пастбищ. Сытые коровы щедрее на навоз...