– Существуют более важные вещи в браке, чем любовь к лошадям и к прогулкам на свежем воздухе. Людей связывает многое другое.

– Я совсем не говорила о прогулках, – заметила бабушка. – Мне кажется, ты знаешь ее лучше, чем хочешь показать.

Дамьен придержал лошадь. В любой другой день он бы проехал с ней до самого дома. Но сегодня, имея в виду тему их разговора, он предпочел отстать от экипажа.

Сидя на кровати, Адель наблюдала за тем, как доктор закрывал свой кожаный саквояж. Он, вероятно, весьма опытный врач, подумала она. После того как он осмотрел ее рану и наложил свежую повязку, он только взглянул между ног, это длилось меньше секунды, и спокойно сказал:

– Все в полном порядке.

Хотя она ощущала себя неловко после того, как находилась в такой необычной позе, облегчение от услышанного возобладало над неловкостью.

Она встала, с трудом сдерживая свое, совершенно не английское, желание подпрыгнуть от радости и расцеловать доктора. Вместо этого она только произнесла:

– Большое спасибо, доктор Лидден.

Проводив его до двери, не удержалась и спросила:

– Это, безусловно, весьма приятная новость. Могу я узнать, собираетесь ли вы сообщить об этом лорду Осалтону?

Доктор остановился и внимательно посмотрел на нее. У него были очень добрые голубые глаза.

– Лорд Элсестер просил соблюдать строгую конфиденциальность. Я должен был иметь дело только с вами, мисс Уилсон. Если, конечно, вы сами не хотите, чтобы я сообщил лорду Осалтону.

Значит, Гарольд до сих пор ничего не знал. Дамьен сохранил все в секрете. Адель продолжала смотреть в глаза доктора. Должна ли она просить его поговорить с Гарольдом? Милый Гарольд не высказывал свою озабоченность по этому поводу, но как бы он смог завести с ней разговор на такую скользкую тему?

Наверное, он все-таки волнуется, вся семья, должно быть, беспокоится...

– Я думаю, доктор Лидден, что вам следует рассказать все лорду Осалтону. Мы ведь собираемся стать мужем и женой. Вы можете объяснить ему причину моего обращения к вам, поскольку я была какое-то время без сознания, когда меня похитили, и успокоить его.

Доктор улыбался, испытывая облегчение оттого, что его избавили от необходимости хранить чужие тайны.

– Я прямо сейчас отправлюсь к лорду Осалтону и все ему расскажу, – проговорил доктор и поклонился ей, прежде чем выйти.

– Прошу прощения? – спросил Гарольд, выпрямившись и сдвигая защитные очки на лоб. – Что вы сказали?

Доктор Лидден откашлялся.

– Я говорю, мой милый лорд, что мисс Уилсон не была скомпрометирована во время ее похищения. Я только что осматривал ее, и вы можете быть абсолютно уверены в том, что касается наследника титула, если такой вскорости появится. Вы понимаете, о чем я говорю?

Гарольд нервно рассмеялся. Он снял очки, бросил их на стоящий рядом стул, взял какую-то банку со стола, крепко закрыл ее крышкой и опять рассмеялся.

– Вы действительно можете выяснять такие вещи? – спросил он доктора. – Это почти как наука, да? Но не такая наука, как та, которой я занимаюсь? – Он показал рукой на бутылки, стоявшие на столах и на полках вдоль стеклянных стен бывшей оранжереи. – Вы сами ученый, доктор? – Гарольд покраснел и опять нервно рассмеялся: – Что за глупый вопрос я задаю. – Он замолчал, переминаясь с одной ноги на другую. – Так вы говорите, что она совершенно здорова? – продолжил он задавать вопросы. – Это ведь очень хорошая новость, не правда ли? Весьма приятная новость.

Гарольд повернулся к противоположной стене, как будто подыскивая, чем бы заняться, затем опять посмотрел на доктора и понизил тон до такого, каким следовало говорить настоящему лорду.

– Так что я думаю, это все. Большое спасибо вам, доктор, за вашу заботу.

Доктор Лидден поклонился и направился к лестнице, ведущей в основную часть дома, при этом он удивленно покачивал головой.

Дамьен выпрямился в седле, наблюдая за экипажем доктора, который покидал поместье. Дело было сделано, он осмотрел Адель.

Дамьен глубоко вздохнул. Он прекрасно отдавал себе отчет в неуместности своего любопытства. Он велел доктору общаться только с самой мисс Уилсон, но теперь он очень сожалел, что не попросил доктора Лиддена сообщить и ему результаты обследования.

Дамьен хотел быть уверенным, что она не пострадала в тот период, когда была без сознания, и его просто убивало, действительно убивало то, что он ничего не мог узнать.

Из окна второго этажа Адель наблюдала, как доктор Лидден вышел из дома, сел в свой экипаж и выехал со двора. Она повернулась и посмотрела на дверь, ожидая услышать стук в любую минуту. Безусловно, Гарольд успокоился, когда узнал, что все в порядке, и она не пострадала во время похищения.