– Мэтью, – прошептала она, – или следите за своим языком, или выметайтесь отсюда! Вам ясно?

Шериф тотчас остановился и недоуменно уставился на нее.

– Я приехал домой после полугодового отсутствия, – каждое его слово падало точно камень, – и что же я вижу? Единственный брат сбежал в город с какой-то вертихвосткой, а моя невестка гнет спину, как обыкновенная поденщица! И после этого вы хотите, чтобы я выбирал выражения?! – Они в растерянности посмотрели друг на друга, и наконец Мэтью громогласно объявил: – Так вот, предупреждаю – я этого не потерплю! Нет, мэм, и не надейтесь! Особенно сейчас, когда я устал как собака... – вытянув вперед руку, он принялся загибать пальцы, – грязный как черт, голоден как волк да еще вдобавок напрочь отбил себе задницу, когда несся домой, воображая, как славно будет отдохнуть в Лос-Роблес!

Сочувствие заставило Элизабет смирить свой гнев. Она робко оглянулась на Рэчел, по-прежнему возившуюся у прилавка.

– Может, – предложила она, – лучше продолжим наш разговор в другом месте? Если вы не против, мэм, – обратилась она к Рэчел и накинула на плечи шаль. – А все это я уберу завтра.

– Конечно, – кивнула Рэчел, бросив тревожный взгляд в сторону разгневанного Мэтью.

– Тогда увидимся завтра.

– Ни в коем случае! – взорвался Мэтью, нахлобучивая на голову шляпу. – Считайте, что она уволилась!

– Мэтью!

Не моргнув и глазом, он распахнул перед ней дверь.

– Моя невестка никогда не будет работать ради того, чтобы прокормиться. Во всяком случае, пока я жив! А сейчас я отвезу тебя в Лос-Роблес и сам займусь этим чертовым делом. Дай только добраться до Джимми, посмотрим, что он запоет! Ну, пошли!

Вздохнув, Элизабет с непреклонным видом повернулась к Рэчел:

– Так до завтра, мэм! – и вышла на улицу.

Мэтью последовал за невесткой, чуть не наступая ей на пятки.

– Даже и не мечтай! И не рассчитывай, что тебе удастся обвести меня вокруг пальца, Элизабет Кэган! Ничего у тебя не выйдет!

Не иначе как все из-за этого проклятого чая, позже думал Мэтью, с кряхтением погружаясь в горячую ванну в отеле, где он снял комнату. В противном случае ей бы ни за что не одержать над ним верх. Что же в ней такого особенного, в этой Элизабет Кэган, отчего здоровенные мужики вроде него самого, сталкиваясь с подобными женщинами, вечно становятся беспомощными, как дети? Одному только Богу известно, как ей удалось обвести его вокруг пальца!

Боже! Из груди Мэтью вырвался хриплый стон. Вспомнив, что его невестка вынуждена ютиться в самой настоящей тюрьме, шериф едва не выскочил из ванны.

Будь все трижды проклято! Ну, пусть только появится его драгоценный братец – уж он позаботится, чтобы тот заплатил сполна! Нет, лучше он сам хорошенько вздует этого молокососа! Мэтью готов был снова седлать Уродину и галопом лететь во Фриско. «И если есть Бог на свете, – мрачно ухмыльнулся он, вылезая из ванны, – то пусть позаботится, чтобы к тому времени, как я туда доберусь, Джимми уже и след простыл!» Иначе братоубийства не миновать. Уж он постарается, разукрасит сопляка на славу!

– Послушайте, Элизабет, говорю вам – с Джимми я сам разберусь! А вы собирайте-ка свои пожитки, и через недельку-другую я отвезу вас домой.

Элизабет только улыбнулась: Мэтью просто-напросто еще не знал, что ее развод уже стал фактом. Она окинула придирчивым взглядом накрытый стол: белуга в винном соусе, сладкий пудинг, молодой горошек в масле и нежнейшие бисквиты. К этому времени она уже успела разделаться с супом «Виктория» и салатом из одуванчиков, при этом не допустив ни единого промаха. Судя по всему, теперь ей уже нечего опасаться.

Украдкой оглядевшись, она убедилась, что никто не обращает на них ни малейшего внимания, и с улыбкой подняла глаза на Мэтью:

– Да ведь у меня все хорошо, не так ли? Мэтью с негодованием отложил вилку.

– Нет, мэм, вы глубоко ошибаетесь! Замужняя женщина живет в какой-то забытой Богом тюрьме – что уж тут хорошего?!

Его громоподобный рык заставил кое-кого обернуться, и Элизабет с улыбкой приложила палец к губам.

– Ш-ш-ш, не стоит так расстраиваться. Да и потом, я другое имела в виду – то, что все идет как надо здесь, в ресторане.

Мэтью глаза раскрыл от изумления.

– Само собой. А с чего вы вбили себе в голову, что будет по-другому?

– Ну, – она неловко замялась, – я ведь только что выучилась, знаете ли...

– Только что выучилась? – Мэтью нахмурился. – Что-то я не понимаю...

Взяв в руки вилку, Элизабет изящно поднесла ее ко рту.

– В первый раз я побывала в ресторане всего лишь три недели назад. И так перепугалась! Впрочем, все вышло просто замечательно! – Она с улыбкой взглянула на шерифа. – И нечего было бояться!