И все-таки спрошу про крестик: — Кири.

— У? — он оторвался от оружия и вопросительно уставился на меня.

— У нас крестики серебряные в кабинете водятся?

— Окстись, хозяйка! — перепугалось существо. — Тебя ж саму согнет в три погибели!

— Раньше не сгибало же.

— Раньше у тебя трех меток не было! — возразил кабинетный. Потом задумался. — Правда, я не уверен, что тебя согнет, но больно будет. Лучше золотой…

— Нет уж! Все сложил?

— Да.

— Тогда просьба, — я уже включала ноут, — сгоняй в кабинет к Тамерлану. Прихвати его бурды — две бутылки.

— «Деструктив»?

— Да.

Кивнув, Дайкири исчез, и я переключилась на компьютер. Набрала в поиске «Крэч». Почти мгновенно высветился список из двадцати документов. Как много-то! И времени нет, чтобы все изучить внимательно. Придется по дороге. Я вытащила очки, положила рядом с ноутом и отдала приказ на перекачивание информации. И все-таки первый документ просмотреть надо. Хотя бы в общих чертах буду знать в чем дело. Щелчок и… Твою ж налево! Первое, что бросилось в глаза, когда документ с описанием открылся: «Крэч — экспериментальный анклав, с преобладающей численностью существ, подходящих под определение — нежить».

Тогда понятно, почему Инк так кривился. Он эту гадость, когда ее чересчур много, не любит. Да никто ее в таких количествах не любит. Если даже в обычных закрытых мирах, где люди преобладают и от малочисленной нечисти проблем много, то страшно подумать, что же творится там? Сгоняем — посмотрим. Потом записи добавим, если ничего подобного не будет.

«Дата создания анклава неизвестна».

Интересно, кто такой анклав создал? Явно кто-то с извращенным понятием реальности.

— Хозяйка, вот! — на столе возникли две бутылки с адской смесью нашего штатного вампира. Дайкири возник рядом и вытер лоб рукой. — Едва продрался сквозь защиту. С Тимуром что-то случилось?

Скачивание закончено.

— Спасибо. Упакуй. Да, я за ним еду. Он попал в передрягу.

Я закрыла ноут, убрала очки и поднялась.

— Кири, запирай кабинет и со мной.

— Зачем?! — он очень не любил покидать офис. Потому и оторвался от заталкивания бутылок в многострадальный рюкзак.

— Арчи поможешь. Его зацепило, когда меня убить пытались.

Глаза создания, и без того большие, округлились еще больше.

— Убить? В квартире? Что за тварь?!

— Чтоб я знала. Зомби подослали.

— Ах они…

Не так уж и часто можно услышать нецензурную речь от достаточно миролюбивых существ. Сейчас был как раз такой случай. Жаль дослушать не удалось — раздался звонок телефона. Кири обиженно заткнулся. Ну, кто там еще в пять утра ищет меня на рабочем месте? И звонок-то внешний. Я даже на номер не посмотрела, собираясь обругать и так.

— Алло?

— Дочка, привет. Это свинство с твоей стороны!

Сообразить о чем она я не осилила: — Мам??

— Ну что мам? Что мам? — матушка была в своем стиле — шумная и бойкая. — Одна домамкалась — на третьем месяце уже!

Плюхнувшись обратно в кресло, я тупо переспросила.

— Кто на третьем месяце?

— Элька! Сестра твоя!

Меня хватило только на возмущенное: — А причем тут я?!

— Да при всем! Живешь черт знает где, а я потом только узнаю, что ты замуж вышла, так что ли? — в голосе было искреннее возмущение. — Или тоже на каком-нибудь месяце?

Как точно сказано про «черти где»… Матушка в курсе, что ее старший ребенок живет в другом мире. В свое время БигБосс как-то убедил родителей, что это само собой разумеющееся, но надо хранить в глубокой тайне. Она только не в курсе, что я не архивником работаю. Это первый пунктик секретного списка.

А вот насчет замуж…

Это горькое слово. Я ведь так и не вышла официально. Обручальное колечко осталось в квартире Шона, помолвки как таковой не было вообще. Мы просто жили вместе и все… И я не скоро… А, ладно!

Возможная беременность меня вообще не беспокоит. У меня от этого защита стоит. Да и не готова я пока мамочкой становится. Дети — означает с работы уходить, а куда я без нее? Сдохну от тоски и скуки, меняя им памперсы. Всему свое время… Впрочем, знать матушке о моих проблемах и закидонах вовсе необязательно. Надо сменить тему…

— Мам!

— Ну?

— Между прочим, у меня сейчас пять часов утра!

Она озадаченно смолкла, но быстро нашлась.

— А чего сразу трубку берешь? И, кстати, какого дьявола ты тогда уже в офисе?

Дотошная какая. Быстро сложила «два плюс два». И промолчать нельзя:

— У меня через полчаса вылет. Я в командировку уезжаю, вот и собираюсь.

То, что не «уже в офисе», а «еще в офисе» — ее не касалось.

— Надолго? Одна?

— Не одна. На сколько — не знаю. Приеду — отзвонюсь. Целую. Пока! — и я отключила телефон, не слушая вообще ничего. Ох, уж эти мамы! Рассказывать ей о своей истинной работе я не собиралась — не надо ей нервничать. А то начнется шум и гам, почему я рискую своей шкурой, а не тихо сижу в архиве… Зарплата хорошая?