– Что ж, может, этим и объясняется его молчание. Чарлз кивнул:

– Он понимает, что у нас нет реальных доказательств, но на карту поставлена не только его карьера, но и репутация родных. Как ты верно указала, государственная измена запятнает все семейство, включая невинных людей вроде Элайны и девочек. Ясно, почему он молчит, но от этого никому не легче.

Это было чистой правдой, тем более что оба прониклись к Николасу искренней симпатией.

Как и предсказывала Пенни, пятеро подозреваемых тоже присутствовали, все, обсуждая трагедию, высказывали приличествующие случаю замечания, выказывали соответствующую степень отвращения и осуждали убийцу.

– Подумать только, – язвительно заявил Чарлз, – ни один не оступился.

Но только один был виновен, и этот один был истинным профессионалом, работу которого Чарлз высоко оценил.

Они с Пенни вновь присоединились к обществу: болтали, обменивались новостями о семьях. Но Чарлз не спускал глаз с Николаса. Хотя тот в свою очередь наблюдал за чужаками, все же не пытался приблизиться ни к одному из них. Более того, судя по виду, не отдавал никому предпочтения. Каждого удостоил кивком, но не больше.

Чарлз, убежденный, что разгадал Николаса, пребывал в растерянности. Неужели он действительно понятия не имеет, кто из пятерых – преступник? Если так…

– Черт!

Пенни испуганно вздрогнула. К счастью, поблизости не было матрон, способных услышать и осудить неприличное ругательство. Чарлз сжал ее локоть.

– Тебе плохо.

– Мне?

– Да. Нам нужен предлог, чтобы немедленно убраться отсюда. Вместе с Николасом.

Пенни, не споря, покорно повисла на его руке. Чарлз с встревоженным видом подвел ее к леди Кармоди. Они извинились за ранний уход. Пока старушка сожалеюще кудахтала, Чарлз подозвал Николаса взглядом.

Тот, недоуменно подняв брови, подошел и тут же расстроился, узнав о нездоровье Пенни. Какая неприятность! Разумеется, он должен сопровождать родственницу!

Леди Кармоди великодушно отпустила их, довольная уже тем, что они нашли время приехать и оживили ее весьма скучный прием.

– Я все понимаю, дорогая, – шепнула она, погладив Пенни по руке. – Вы действительно бледны.

– Вам следует хорошенько отдохнуть. Оставьте заботы другим, – прочирикала миссис Кренфилд.

Леди Трескаутик нерешительно огляделась, но все же поцеловала Пенни в щеку и велела Чарлзу позаботиться о ней.

Они как могли быстро покинули собрание. Пенни изображала больную, пока экипаж не выехал на дорогу, подальше от дома. Только тогда она облегченно вздохнула и выпрямилась, удивленно глядя в угрюмое лицо Чарлза.

– Почему нам пришлось уехать?

– Все объясню, когда мы доберемся до Уоллингема.

В других обстоятельствах она бы начала спорить, настаивать на немедленном разговоре, но его тон напомнил, что сегодня с ними третий. Поэтому Пенни сложила руки на коленях и приготовилась ждать. А что еще ей оставалось делать?

Она припомнила озадаченное лицо леди Трескаутик и невольно улыбнулась.

– Что? – сразу насторожился Чарлз.

Она повернулась к нему. Но он смотрел прямо вперед.

– Просто интересно, что будет, когда до них дойдет, что я в жизни не падала в обморок.

Чарлз расслышал в ее голосе веселые нотки и прикусил язык. Нет смысла указывать на то, что все три дамы, знавшие их обоих с колыбели, действительно могли отметить странности в ее поведении, но вместо того, чтобы посчитать нездоровье Пенни притворством, могли предположить совершенно иную причину столь внезапной слабости.

Причину, которая вполне могла стать реальной.

Неужели она начнет падать в обмороки? Пенни? И будет ли она счастлива носить его детей?

Но он еще даже не просил ее выйти замуж. Сказал себе, что нет смысла пытаться понять женскую логику, не говоря уже о том, чтобы предугадать ее ответ, и все же после вчерашней ночи чувствовал совершенно беспричинную уверенность. И идиотскую радость при одной мысли, что она может носить его ребенка.

Он так разволновался, что почти забыл озарение, снизошедшее на него в саду леди Кармоди. Почти. Но не совсем.

Он заехал на конюшню, отдал поводья груму и снял Пенни с сиденья. Они подождали Николаса и все вместе направились к дому.

– Все было не так плохо, как я опасался, – заметил Николас. – По крайней мере они не слишком меня одолевали: скорее просто хотели знать правду, убедиться, что все расслышали верно и не стали жертвой злых сплетен.

– Вы правы, – согласилась Пенни. – Чарлз, почему нам так скоро пришлось уйти?

Вместо ответа он взглянул на Николаса:

– Не могли бы мы переговорить в библиотеке?