На крыше их встречали взволнованные Ютан и Олр. В ответ на их расспросы Парцелиус только махнул рукой.

— Все к лучшему, все к лучшему… — промолвил он и поспешил в свои покои. За ним неторопливо прошествовал Кощей.

Весь вечер и всю ночь из окон лаборатории лился желтый свет горящих свечей. Парцелиус всерьез взялся за работу и приказал слугам его ни в коем случае не беспокоить.

Олр и Ютан терялись в догадках. Они пристали с расспросами к Гекте, но сорока, едва раскрыв рот, поняла, что почему-то не может произнести ни слова о полете в Золотой лес. Она смогла вымолвить, только что и сама ничего не знает.

Слуги лорда Желтой страны не на шутку встревожились. Они уже начали подумывать, а не стоит ли и им потихоньку улизнуть из города Всеобщего Счастья, чтобы не нахлебаться здесь горя. Но на следующий день во дворце закрутились такие бурные события, что гном и леший и думать забыли о бегстве.

Парцелиус начал творить самые настоящие чудеса.

Парцелиус вошел в свою лабораторию, терзаемый сомнениями. Ему уже начало казаться, что все происшедшее в замке Пакира — лишь плод его разгоряченного воображения. Сколько раз в прошлом он мечтал о том, что когда-либо сумеет стать магом! Наверно, и сегодня ему просто приснился хотя и страшный, но в то же время сладкий сон. Принцесса Ланга, приказ Властелина Пакира… нет, конечно же ему все это только привиделось!

Алхимик остановился на пороге комнаты и тотчас почувствовал, как кто-то ткнул его кулаком в спину.

— Не теряй времени, горбун, — послышался жуткий, свистящий голос. — Этой ночью тебе надо успеть сделать многое.

Парцелиус в страхе обернулся и увидел Кощея.

— Так, значит, это был не сон… — пробормотал лорд. Встряхнув головой, он отогнал недавние сомнения и уверенным шагом направился к печи. Вскоре в ней запылал огонь. Затем Парцелиус зажег свечи в светильниках, подошел к одному из столов, на котором стояли кувшины с парообразными джиннами, и поставил медные сосуды на печь. Кощей молча наблюдал из самого темного угла комнаты.

Выждав некоторое время, алхимик вынул пробку из одного из кувшинов.

— Эй, джинн! — позвал он.

В ответ послышалось неразборчивое бормотание. Спустя несколько минут из горлышка кувшина медленно, словно бы нехотя, выплыло облачко сиреневого пара. Оно было таким маленьким и прозрачным, что лорд встревожился.

Облачко опустилось на пол и начало сжиматься. Парцелиус опустился на колени, не отрывая от него взволнованного взгляда.

— Может, болван Ютан неплотно вбил пробку и пар потихоньку вытекал наружу? — прошептал он.

Облачко продолжало конденсироваться, но очень медленно. Наконец стали проявляться очертания фигуры Араджана. Но каким же маленьким и слабым он стал! Джинн с огромным удивлением оглядел себя с головы до ног. Он попытался сделать шаг вперед, но чуть не упал.

— Это кто? Это я? — еле слышно проговорил Араджан. — Уж больно я хиловат…

Подняв глаза на Парцелиуса, он со сдавленным криком отшатнулся и, споткнувшись, сел на пол.

— Что за шутки? — угрожающе сдвинул брови малыш. — Во что ты меня превратил, лорд? Да я стал благодаря твоей милости меньше любого гнома!

Алхимик горько вздохнул.

— Наверно, я недолил вчера вечером в твой кувшин сока из сорока трав, — объяснил он. — Надо было бы тебе, Араджан, дать настояться еще денек-другой. Но может, ты хоть летать научился?

Джинн с трудом поднялся на ноги и подпрыгнул, широко расставив руки. И тут же рухнул на пол.

— Не могу я летать, — сообщил он, с ненавистью глядя на своего повелителя. — И почему я не придушил тебя, Парцелиушка, еще по пути в край Торна? От тебя один только вред и никакой пользы!

Парцелиус, дрожа от негодования, повернулся к Кощею.

— Ну, что же твой Владыка медлит? — злобно закричал он. — Я же согласился заняться этим дьявольским Черным пламенем, а Пакир не хочет мне помочь! Нет, уж лучше ты меня убей, Кощей, но я в такие игры играть не буду. И пальцем не пошевелю, пока твой хозяин не выполнит своего обещания!

Кощей сердито сверкнул глазами.

— Владыка ничего тебе не обещал, — холодно произнес он. — И никто не виноват, что ты, болван, налил в кувшины травяной сок. Он-то и впитал в себя большую часть пара. Смотри!