Кощей подошел к печи, взял кувшин Араджана и выпил его содержимое. И тут же стал расти. Через несколько мгновений слуга Тьмы превратился в великана. Из-под его плаща выпирали могучие мускулы.

Парцелиус в страхе закрыл лицо руками.

— Теперь понял, осел? — рявкнул Кощей, да так, что стены затряслись. — Надо было дать выпить этот сок джинну, и он вновь стал бы тем, чем был. Но летать он бы все равно не научился и исполнять желания своего хозяина — тоже.

— Так что же делать? — пролепетал Парцелиус — Если бы великий Пакир захотел…

Кощей щелкнул пальцами и превратился в себя прежнего. Он потряс кувшином, и все явственно услышали, как в нем плещется сок. Алхимик радостно вскрикнул и протянул было к кувшину руку, но Кощей неожиданно вылил сок на пол.

— Что ты сделал! — закричал Араджан, хватаясь в панике за голову. — Ведь этот сок содержал мою жизненную силу!

— Тебе сок не понадобится, — равнодушно отозвался Кощей. — Пакир наделил этого жалкого червяка магической силой, а тот даже не чувствует этого!

Парцелиус прислушался к себе. Действительно, в нем появилось нечто новое. Казалось, в его сердце сидит острый железный осколок. Дыхание алхимика стало более частым и неровным, на лице то выступал, то исчезал пот. Ему казалось, что он словно бы поднимается по крутому склону, держа на плечах немалый груз. И в то же время он начал ощущать в себе силу и уверенность, которых раньше не было.

Вскочив на ноги, он, сам не зная почему, протянул правую руку в сторону маленького джинна и громко произнес:

— Я хочу, чтобы ты обрел прежнюю магическую мощь! Великий Пакир, помоги мне, твоему ничтожному слуге!

На месте, где стоял малыш, вспыхнуло фиолетовое пламя. Оно поднялось до балок потолка и погасло.

Араджан обрел свой прежний рост. К тому же он заметно помолодел, плечи его распрямились, фигура стала еще более мускулистой.

Джинн коротко взмахнул руками, и ноги его оторвались от пола. Через несколько мгновений он подплыл к одному из окон. Что-то прошептав, Араджан превратился в облако пара, которое стремительно вытекло наружу.

Парцелиус со сдавленным криком подбежал к окну. Он увидел, как в темнеющем небе джинн летал над озером, восторженно вопя и совершая головокружительные кульбиты.

Лорд оглянулся на Кощея.

— Выходит, я стал магом? — неровным голосом спросил он.

Слуга Тьмы покачал головой:

— Нет. Пока ты еще этого не заслужил. Колдовство за тебя будет творить сам Властелин. Если ты чего-либо пожелаешь, то попроси об этом Пакира, а уж он сам решит, стоит ли выполнять твою просьбу или нет.

— Хм-м… Это тоже неплохо, — пробормотал Парцелиус.

Он позвал Араджана, и джинн, издалека услышав его голос, немедленно вернулся во дворец. Низко поклонившись, он смиренно произнес:

— Благодарю тебя, лорд Парцелиус. Отныне ты мой господин. Я готов выполнить три любых твоих желания. Хочешь, я построю тебе удивительной красоты дворец вместо этого жалкого здания? Но я очень попросил бы тебя сначала освободить из заточения в кувшинах моих собратьев. Они будут так же счастливы тебе служить!

Парцелиус взглянул на два по-прежнему стоявших на печи кувшина.

— Нет, — поразмыслив, ответил он. — Когда Пурган и Азарк понадобятся, я освобожу и их. А пока пускай отдыхают.

На самом деле алхимик попросту опасался джиннов. А вдруг эти трое громил, выполнив его желания, взбунтуются? Конечно, магия Пакира способна справиться с кем угодно, но все же рисковать Парцелиусу не хотелось.

Араджан не решился возражать и снова поклонился, приложив руку к сердцу:

— Я жду твоих приказаний, господин.

— Тогда… тогда лети на поиски моего друга привидения Мома, — потребовал Парцелиус. — Он потерялся, когда мы с Василом собрались лететь в Фиолетовую страну.

— Слушаюсь и повинуюсь! — радостно воскликнул Араджан и, вылетев из окна, помчался на юго-восток.

Алхимик проводил его довольным взглядом. С каждой минутой он чувствовал в себе все больше и больше сил.

Он подошел к столу, заставленному большими колбами, и начал насыпать в них порошок из чугунного котелка.

— Что ты делаешь? — с подозрением спросил Кощей. — Начинаешь заниматься Черным пламенем?

— Не сразу, — уклончиво ответил Парцелиус — Мне надо сначала заняться другими делами. И вот что, Кощей. Не стой у меня над душой, ясно? Владыка дал мне месяц, так что я волен им распоряжаться, как захочу. Иди погуляй, подыши свежим воздухом. Тебе, ха-ха, он будет полезен для здоровья! А я всю эту ночь намереваюсь работать.

— Чего вздумал! — злобно ответил Кощей и, распахнув полы плаща, выхватил меч. — Не забывайся, раб!

Но Парцелиус на этот раз не испугался. Подняв глаза, он попросил: